Купол Св. Исаакия Далматского (сборник)

Днем серые нестройные колонны пехоты двигались с песнями под звуки оркестра мимо корпуса к вокзалу. Щетина штыков была искривлена, шаг был нетверд, солдаты из строя перекликались с провожавшими их фабричными девками. На перроне штатские, окруженные красными флагами, сняв шапки, долго говорили, солдаты кричали, швыряя вверх папахи, и этот долгий шум переплетался с выкриками маневрирующих паровозов. Солдаты тяжело и неторопливо заполняли вагоны. Штатские жали им руки. Ветер относил в сторону паровозный дым и, срывая листья, долго кружил их в воздухе над перроном.

Поезд, мягко постукивая, позванивая колесами, плавно отходил, а из вагонов, захватив мешки, манерки и чайники, выскакивали солдаты и бежали к чану за кипятком. Там они, не глядя на двинувшийся поезд, окруженные женщинами, становились в очередь, медленно закуривали, а когда эшелон скрывался, они, выплеснув из манерок ненужный кипяток, закинув за плечи мешки, брели группами по Московской улице в старые казармы.

Кадеты открывали окна, выбегали на улицу и кричали им вдогонку:

– Ну что, зеленая вошь, куда ползешь?

– Тля!

– Дезертиры!

Поздним вечером старшие кадеты собрались на военный совет. Было жутко и темно. В начале разговора неожиданно задребезжало окно. Все вздрогнули. Шепот затих. Лагин толчком распахнул окно и глянул в темную глушь сада. В комнату хлынул прохладный ветер и смутный шум деревьев.

– Кто? – крикнул Лагин.

– Свои! – ответили голоса из темноты. – Кадеты аракчеевцы!

Они цепко вскарабкались. Кто-то зажег свечу. Один из прибывших был в кадетской шинели с полуоторванным красным погоном.

– Потуши свечу, – приказал Лагин.

– Наш корпус разогнали, – сказал, слегка задохнувшись, высокий кадет.

– Разогнали по приказанию генерала Яковлева за неисполнение приказа о сдаче оружия, – добавил сурово второй, – наши разбрелись.

– А у вас как? – спросил первый.

– Нам тоже приказали, – ответил Лагин. – У нас сейчас по этому делу военный совет.

– Братцы, не сдавайте, – горячо начал высокий. – Так или иначе разгонят, так лучше же кончить с честью… И наши все верят, что ярославцы не сдадут.

– Слышали? – помолчав, обратился к кадетам Лагин.

– Мы тоже не сдадим, – твердо ответил Митя.

– Не сдадим, – сказало сразу же несколько голосов.

Аракчеевцы были голодны.