Джинсы, стихи и волосы

Я чуть было не сбежала, но Ангел крепко держал меня за руку. Волосатый посмотрел на меня, а потом громко сказал: «Дева!»

– Благодарю тебя, иди с миром!

И Ангел повел меня к скамейке, на которой умирал со смеху Бранд.

– Крестил, значит? – спросил он.

Ангел кивнул.

– Теперь он твой крестный.

Я совершенно не могла понять, к чему это меня обязывает и в каких мы теперь отношениях, поэтому начала спрашивать в лоб:

– А вы часто тут бываете?

– Ангел отсюда, по-моему, и не уходит, а я – по мере возможности.

– А что вы тут делаете?

– Как что? Разговариваем.

– О чем?

– О чем – о чем, о жизни, об искусстве…

– А конкретнее?

– Разное. Я, например, терпеть не могу Москву, а Ангел обожает… У нас непримиримые противоречия.

– А ты чем занимаешься? – спросила я Ангела.

– Я художник.

– А в школе ты учился?

– В училище, пока меня не выгнали. Короче, я разочаровался в официальной системе образования. А для корочки хожу в ШеРаМе.

– Куда?

– В школу рабочей молодежи.

Контора есть такая, на Курской. Там таких, как я, полно.

– Ну ты даешь! А это что?

– Это, мать, называется фенечка. – Ангел снял со своей руки браслет из бисера и повязал на мою. – Носи, крестница. Первая фенька в твоей жизни.

Бранд потянулся и сказал:

– Что-то кофейку захотелось.

– На Петровку или в Пентагон?

– В Пентагоне сейчас от пятидесятисемитов не продохнуть. Пойдем на Петровку, заодно и прогуляемся. Ты с нами?

Мы пошли по бульварам. Только сейчас я увидела, сколько в Москве уродливых зданий.

Проходя мимо каждого из них – ТАСС, МХАТа, «Известий» – Бранд тыкал пальцем и с раздражением спрашивал: «Что это? А это?» На что Ангел каждый раз вздыхал и отвечал: «Совок».

Когда мы проходили мимо Дома актера, там стояла толпа. Люди читали газеты, прикрепленные к специальным стойкам, и бурно обсуждали. Мы прошли по Страстному бульвару и на перекрестке с Петровкой зашли в кафе, в котором людей с длинными волосами было видимо-невидимо.

Бранд и Ангел со всеми здоровались, иногда представляли меня и мне кого-нибудь.

– Это Дева. А это Собака, Хоббит, Валенок, Ли, Шнурок, Афганец…

Я не смогла запомнить все имена. Бранд исчез в толпе, потом вернулся с чашкой кофе.

– Держи. Сегодня угощаю, но потом платить будешь сама.

Мне было так хорошо рядом с ними! Кофе был крепкий, не то что родительский, который они для меня разбавляли до воды. Я таяла от запаха кофе, дыма сигарет и счастья.