История Глории. Трилогия в одном томе

– А разве это не так? Ты поссорилась с отцом, сбежала из дома – это поступок обычного подростка.

– …ты же сам сказал, что мне нужна новая жизнь?

– Я ошибся, – Алекс снова идет вперед, – найдем населенный пункт, поймаешь машину и уедешь.

Я продолжаю стоять на месте.

– Я никуда не поеду.

– Тогда мне придется тебя заставить.

– А Ребекка? Она будет с вами?

– С ней мы тоже разберемся. Глория, пойми, я не хочу больше тебя калечить. Из-за этой аварии мы чуть не погибли.

– Да я лучше бы сто раз сдохла в той машине, но я никогда не вернусь к своему отцу! Я его ненавижу! Ты слышишь меня? Я его ненавижу!!! – Внезапно вся моя чувствительность снова ко мне возвращается.

– Что с тобой?

– …ничего, – нахожу в себе силы ответить я.

Холодные капли с неба падают мне на лицо и постепенно скатываются по подбородку.

– Ну, отлично! Дождя нам еще не хватало, – говорит Алекс.

Мы продолжаем путь. Редкие капли с каждой секундой учащаются, и небольшой дождь превращается в ливень. С каждым шагом становится все труднее и труднее идти. Капли ледяного дождя с ветром – это убийственная смесь. Раны начинают сильно щипать. Кажется, что кто-то их расковыривает иголками. Машин нет. Мы одни в забытом богом месте. Начинает урчать в животе от голода, я забыла, когда последний раз клала крошку хлеба в рот. Голова кружится.

Через некоторое время мы уходим с дороги, находим высокое дерево с обширной кроной и садимся у его ствола. Боль растет с каждым мгновением. Мне трудно дышать, и я до сих не понимаю, от чего она исходит.

– По-моему, он никогда не закончится, – говорит Алекс.

Я смотрю в никуда, пытаюсь забыть о том мучении, которое я испытываю сейчас.

– Так и будешь молчать?

– Стив был прав…

– В смысле?

– Ты со всеми так поступаешь. Со всеми девушками.

– Это бред, – Алекс садится рядом со мной. – Стив так сказал лишь потому, что ревнует тебя ко мне.

– Ревнует? Он просто похотливый самец, для него ревность и любовь неприемлемые вещи.

– Ошибаешься…

Я немею. Неужели я нравлюсь Стиву? Да быть такого не может. Он не способен любить. Его жизнь – это минутные перепихоны в уборных клуба.