Аромат счастья сильнее в дождь

Я погрузилась в созерцание рисунка на стене, чтобы удержаться и не сказать ему: «До свидания!»

Едва он ушел, как ко мне подбежал Жюль в сопровождении медсестры. Глазки у него покраснели от слез. Он сообщил, что у него перелом запястья, очень распространенный у детей. Шесть недель ему придется провести в гипсе, потом еще три месяца он должен быть очень осторожным с этой рукой, чтобы вновь ее не сломать. Я его внимательно выслушала, спрашивая себя, сколько мне потребовалось бы упаковочной пузырчатой пленки, чтобы полностью завернуть в нее моего драгоценного мальчика.

· Глава 17 ·

Чемоданы были уложены в багажник, Мина разлеглась на заднем сиденье, отец ставил галочки в списке, пока мама проверяла, не забыли ли они чего-нибудь. Это был день великого исхода ради семейного отдыха в аркашонском домике.

– Ты уверена, что не затоскуешь, если мы оставим тебя одну? – настаивал отец.

– Прекрати, пап! Что, я не могу прожить месяц без родителей? Знаешь, девочка успела вырасти.

– Знаю, знаю, но ты никогда не жила одна. Когда Бен заберет Жюля в отпуск?

– Завтра.

– Тебе трудновато будет. Лучше бы уж мы находились рядом.

– Дай ей спокойно подышать, в конце концов, – прервала его мама. – Вечно ты над ней трясешься. Неудивительно, что она так же себя ведет с малышом…

– Как я себя веду?

– Сама знаешь… Как следует закрывай дверь, если будешь уходить, с каждым годом в летнее время краж в нашем районе становится все больше.

Я позвала сына, убежавшего в сад, и тот получил свою порцию объятий и поцелуев на ближайшие недели. Отец сделал еще одну попытку:

– Жаль все-таки, что ты не сможешь поехать с нами…

– Папа, я работаю.

– Но ведь ты могла бы приехать на выходные.

– Хорошо. Посмотрим. Приятного вам отдыха!

Родители уселись на свои места, машина тронулась, выехала из ворот и стала удаляться.

Не раз я слышала, что маленькой я постоянно цеплялась за юбку мамы. Она даже называла меня пиявкой. В свое время я мечтала выйти замуж за папу и рыдала от безысходности, узнав, что рано или поздно им предстоит умереть. Я писала им стихи, в которых клялась, что никогда их не оставлю.