Дикий шалфей

Но нет, все расписывали, какая красавица и мастерица. Да зачем мне эта красота, когда ты не можешь женский долг выполнить?

Тарелка не успела коснуться стола. Грубой хваткой муж вцепился в мое запястье. Ноги затряслись. Казалось, что либо кисть сейчас сломается, либо вздувшиеся вены разойдутся по швам. Я упала на колени. Сверху вниз на меня смотрели два дьявольских глаза, в которых я когда-то видела лишь мягкость и нежность.

– Если любишь – родишь, – спокойным голосом процедил он. Но я то знала, что за этим стоит.

 – ТЫ МЕНЯ ПОНЯЛА?

Если бы не стеклопакет, то стекла в доме давно бы потрескались, как и мои ребра. Когда-то.

С Нараном мы познакомились еще задолго до свадьбы, поэтому каждое слово о каких-то проверках наносило мне свежую кровоточащую рану. Я вышла замуж по любви.

Сама я никогда не теряла надежды завести ребенка. Но последние пять лет что-то было не то, у нас не получалось. Несмотря на обиды, я пыталась уговорить мужа сдать анализы и проконсультироваться с нужным врачом, но на пустой звук моего голоса он всего лишь говорил:

– Меня? На проверку? – Он восклицал так, словно ему дали свежую пощечину.

 – Да я седьмой ребенок в семье, и у моих братьев уже у каждого по трое детей. Здесь явно проблема не во мне. Пей таблетки, раскрывай ноги у врачей, но с этой ерундой ко мне не подходи.

Вот так и заканчивался каждый разговор, у которого не могло быть логического финала. Возможно, в словах мужа и была доля правды, но мой гинеколог тоже не заметил никаких отклонений. Здоровое женское тело.

Проблема стояла комом, а мое тело принимало на себя всю силу гнева и отвращения.

Мой худший кошмар начался, когда Наран стал выпивать. И хотя у нас в Бурятии это не такое уж редкое явление, я не ожидала, что в таком состоянии он был готов меня бить, иногда даже в живот.

«Клин клином», – промелькнуло у меня в голове в очередной раз, когда на моей белоснежной футболке остался впечатляющий след от ботинка.

На сегодня буйства Нарана закончились, и полусогнутый пошатнувшийся силуэт лег спать.

Тошнотворный запах выпитой водки разносился по дому так, словно специально преследовал меня, чтобы сделать мое существование еще хуже. Я аккуратно убрала осколки битой посуды и снова пошла в ванную, чтобы обработать порезы.

Кровавая вода медленно окрасила раковину в алый цвет, потихоньку смешиваясь с проточной. Сегодня крови было больше, чем обычно. Старые порезы еще не успели толком покрыться коркой, как их в очередной раз потревожили.