Правдивые байки воинов ПВО

Накануне зачета мы готовились к нему в классе Гусейна Гусли, изучая всякие киноаппараты, магнитофоны, радиоприемники и фотопринадлежности.

Гусейн где-то болтался и появился перед самым окончанием самоподготовки. Он был не в духе и начал придирчиво проверять наличие многочисленных фотоаппаратов и прочего инвентарного барахла.

Внезапно Гусейн объявил, что не хватает какого-то дорогого фотоаппарата и в истеричной форме потребовал его «немедленно вернуть».

Шура Керогаз довольно презрительно сообщил Гусейну, что «у нас воровать не принято» и «за 3 года в казарме куска мыла никто чужого не взял, не то что паршивый фотоаппарат».

Гусейн тут же «взвился» и объявил, что «никто из класса не выйдет, пока мы не вернем фотоаппарат», что вызвало наш смех и подначки в адрес Гусейна. Через полчаса веселого ожидания Керогаз сказал Гусейну, что группе пора на ужин и «если мы опоздаем – будет большой скандал, виноват в котором окажется Гусейн Гуслия»!

Гуслия понял, что действительно, будет фиаско с этим его начинанием.

Тогда он потребовал личной проверки наших командирских сумок на отсутствие в них несчастного фотоаппарата. Керогаз тоже «завелся» и заявил Гусейну, что не может приказать нам это сделать, и мы можем только добровольно показать свои сумки Гусейну. Мы это и сделали с соответствующими комментариями в адрес заглядывавшего в сумки Гусейна и советами ему искать «тщательнЕе».

Нечего и говорить, что его поиски ни к чему не привели, и раздосадованный Гуслия в запале объявил, что «пока мы фотоаппарат не вернем, никто зачета не получит»!

Наутро Керогаз привел группу «на зачет» к учебному корпусу и распустил нас.

Мы уселись на траву и принялись за «перекур», невзирая ни на какие звонки.

Минут через 5 на улицу выскочил злобный Гусейн Гуслия и строго поинтересовался у Керогаза, «почему группа не представлена к сдаче зачета?»

Шура спокойно ответил ему, что поскольку фотоаппарат не найден, то и на зачет ходить незачем, все равно «никто его не получит!»

Гуслия оказался «в нокдауне» и унесся обратно в учебный корпус.

Мы продолжали мирно покуривать, лежа на травке.

Через 20 минут вышел начальник кафедры ППР полковник Александров, которого мы очень уважали за ум и доброжелательное к нам отношение. Он был в сопровождении поникшего Гусейна Гуслии.

Выслушав рассказ Керогаза, Александров извинился за своего преподавателя и попросил Шуру отправить группу на зачет, сказав, что он гарантирует, что все зачет получат.