Медленнее, ниже, нежнее… Рассказы о мужчинах, людях и сексе

Машина свернула в сумрак. Тесно сдвинутые серые камни хранили ночь, словно древнюю тайну. Солнце не отважилось сунуть луч между домами, и улицы освещались добровольными фонарями.

– Приэхалыи! – с трудом выговорил «кавказец», повесив на руль волосатые руки.

Мы поупражнялись в умении понимать английские числительные, и белая машина утонула в сумраке, словно пельмень в бульоне. Я осталась одна в щели между домами, считающейся улицей. Была бы я чуть толще, застряла бы в этой улице навсегда, заросшая пыльным плющом и помеченная тощими кошками, отвоевавшими на святой земле право на независимость в обмен на худобу – полезным качеством, чтобы попасть в гости.

На двери нужного дома бронзовый лев с кольцом во рту смотрелся в отполированные каменные ступени. Разогнавшись изнутри, он застрял мордой на улицу. Его спасали, упираясь в ступени и дёргая за кольцо, но лишь отполировали их. Я тоже шаркнула по ступенькам и взялась за кольцо. Лев оскалил темный клык, от чего в стене сразу нашелся пупок звонка.

Раздался лай собак, тихий и деликатный, по сравнению с лаем из-за московских дверей, когда кажешься себе приглашённым лакомством для хозяйского любимца.

Солидно лязгнувший замок впустил меня к двум лохматым псам и красивой Ольге в платье крупными цветами.

– Ну-ка тихо! – пнула она пса и чмокнула меня. – Привееет! Проходи, не бойся, от них кроме шума ничего! Место, Дэни!

Вильнувшие хвосты собак, распустившиеся цветы Ольгиного платья и её яркие глаза, приглушённый свет, пряный аромат парфюма и специй, бесцеремонно занявший нос целиком, и сам дом, возбуждённый незнакомым гостем, – все говорило о цели моего приглашения – похвастаться.

– Ну, как доехала? Быстро? – светлая прядь Ольгиных волос обняла ее за шею.

– Да, но таксист так странно на адрес среагировал. Сказал, что опасно.

Ольга пожала плечами, поправила волосы.

– Не знаю. Мы привыкли. Яффа – древний арабский город. Живут в основном арабы. Здесь сносили все дома, пока израильтяне не встали на защиту.

Кладку старых арабских замков не могли разрушить несколько дней. Осталась свалка. Из них сделали волнорезы в море. Этот дом из сохранившихся. Ему почти сто лет.

– А как вы тут с арабами живете?

– Да нормально, дружно. Они только спереть могут мелочь какую-нибудь, это у них в крови и громко палят из всех пушек в Рамадан, а так – нормальные соседи, не хуже московских. Зато море в полутора минутах ходьбы всего, можно купаться ночью голыми.