Медленнее, ниже, нежнее… Рассказы о мужчинах, людях и сексе

Она могла бы поработать, в конце концов! И не в конце концов, а в конце месяца сдавать проект, а уже четырнадцатое! А она… как какая-то дешёвая шлюха трахается с очередным претендентом в любовники в безвкусном номере а-ля Людовик Четырнадцатый эпохи перестройки. Но…с другой стороны, и секс тоже нужен… Нельзя же все время мастурбировать…

«Трахаться хочу до изнеможения!» – шепнул ей этот претендент перед дверью номера. И этому невдомёк, что ей нужен любовник, а не трахарь! Любовник от слова любовь, а любовь – это забота, понимание, участие, прежде всего, а не звонок в удобное время – ну что, красота, пошли ипаца!

Он завернул полотенце на бёдрах и вышел из душа, довольно улыбнулся, глядя, как она расслабленно лежит на постели.

– Жива? – спросил он.

– Да…я сейчас, – она улыбнулась в ответ, красиво поднялась, и направилась в душ.

Он нашарил пульт и включил телевизор. В номере а-ля Людовик Четырнадцатый раздались выстрелы.

– О, нет! Только не это! – выглянула она из душа.

– Как скажешь, дорогая, – сказал он, и убрал звук, продолжив читать ползущие титры о жертвах на Донбассе.

Опуская унитазный круг, она вспомнила американского джазового пианиста. На концерт пошла одна, наградив себя за одиночество местом в партере, но музыки не слышала. Джазовые ритмы были лишь фоном для длинных подвижных пальцев, танцующих кудрей и влюбленных глаз пианиста. Он опускал крышку пианино всякий раз, когда заканчивался его номер, возвращался на сцену под аплодисменты, открывал крышку как в первый раз и нежно трогал пальцами клавиши… Интересно, он тоже трахает баб в отелях, между актами включая какой-нибудь CNN? Нет… только не он… Она плавилась возбуждением, представляя, как задержится после концерта, как подойдёт к нему и просто признается на своем железобетонном советском английском, что очень возбуждена… Дальше фантазия не шла, наверно потому, что фантазия не умеет настолько отрываться от жизни…

Пальцами в прохладном мирамистине она словно перебирала клавиши, параллельно думая о том, что с презервативом все же меньше проблем.

В белом гостиничном полотенце она вернулась к мужчине, лежащему на кровати. Он, в очках на напряжённом лице читал телевизор.

– Я же сказала выключить! – разозлилась она.

– Но там же… – начал он, но осёкся, дёрнул вытянутой рукой с пультом, как выстрелил.