Собрание сочинений. Том 2. Мифы

остыл твой чай

там муха плавает

уже не шевелится

не крылья

вырастают у меня

Бог смотрит

нашими глазами:

уходит

прожигая кроны

солнце

и тень моя

растет на склоне дня —

вот отчего

мы видим сами!

так всякий атом

в истине проснется

ВОЗМОЖНОСТЬ

Ночь движется к закату

Хозяин мой идет

по саду

вот на веранду всходит

задом наперед

садится на свою скамью

не глядя

чашка пустая

по столу придвигается

из темноты – сосед спиной

сидит

с ним разговаривая

темный чай

изо рта выливает —

чашка дымится

и наполняется постепенно

– Ах! Удача духа —

уловил невероятное —

обратите внимание —

время обратное

как нарастанье льда

в жару

Я не человек

даже не реальность

Я – Возможность

произойти —

переводная

картинка истории —

Ах! запоздалое

в жизни твоей

Все могу —

И возвращаю

Назад назад

Со свистом

цветная пленка

сматывается:

летишь в Париж —

аэродром в Москве

уснул в Москве —

проснулся на Урале

барак и проволока

шарят по ночному —

из вспышки вышел

самолетик серебряный

проходит боль —

стирая кровь со лба

все зажило

в матроске малыш

вбегаешь задом в дом —

захлопывается дверь

пеленки заворачиваются

грудь материнская —

и нет тебя

Все есть а ты не появился

может быть не пожелал

Я – греческая

вечно юная

Возможность

меня называют люди —

готова каждому служить

Так что не сетуй

все могло иначе

иначе чем иначе

и иначе —

совсем иначе быть

или не быть

НОСТАЛЬГИЯ ПО СОЦРЕАЛИЗМУ

белый домик где гостим на юге

шкаф стоит беременный – книги,

за стеклом прогнувшиеся полки

сплошь набиты как подсолнух полный

и глядит на пришлых день вчерашний

темной вавилонскою башней:

ВЕРШИНЫ НЕ СПЯТ

СИЛЬНЫЕ ДУХОМ

ВЕСЕННИЕ ВЕТРЫ

ПОВЕСТЬ О ЛЕНИНЕ

ЗАВЕЩАЮ ТЕБЕ

ЗЕМЛЯ У НАС ОДНА

ПОСЛЕДНЯЯ МЕЧТА и т.

за террасой – серебро залива

на тарелке – персики и сливы

тиражи (я помню) триста тысяч

за стеклянной дверью Ира Васич

говоруша хрюша – мой редактор

Юрий Николаич – наш директор

с характерным черепом-арбузом

(переброшен) бывший зав.