Нельзя так говорить о капитане

Близняшки были невысокого роста и тонюсенькие, как тростиночки. Раскосый разрез больших карих глаз выдавал в них азиатские корни, а облегающие чёрные водолазки и лосины – принадлежность к полузабытым кланам куноити – ниндзя-женщин. На виду девушки не держали оружия, однако Стей знала, что и длинные плащи с капюшонами, и прикрывающие подбородок шарфы, и высокие сапоги, и даже волосы цвета смоли, забранные в хвост, нашпигованы всякими отравленными иглами, кинжалами и прочей железной мишурой, которая в век космических технологий казалась шуткой.

– Шеврон и Тарити, – представила обеих та, что стояла слева. – Уже отправляемся?

Тэрон нахмурился и в поисках поддержки посмотрел на Стей. Как это обычно случалось, когда у него кончались разумные доводы.

– Мы улетаем сейчас, а вы – нет, – зам говорила, растягивая слова. Быть может, капитан взял быстрый ритм и до глупеньких просто не дошло, что их не берут?.. Стей сделала страшные глаза: – Вы подождёте нас тут, пока мы закончим одно дело.

– Дело? – удивился Тэрон, но, получив ощутимый тычок в бок, хлопнул себя по лбу: – А, конечно, дело! Нам действительно пора…

– Мы с вами! – закричали куноити, не замечая перемигиваний и толканий. Капитан и его зам невольно сделали шаг назад, но напористые близняшки не отставали. В их глазах сиял восторг, на лицах гуляло мечтательное выражение, а руки уже цепко держали своих работодателей. Тэрон вскинул брови и выразительно посмотрел на Стей. А ей оставалось только вздыхать… Снова…

* * *

– Ты д-даже не представляешь, каково это иметь в младших с-сестрёнках вредную, капризную, ленивую з-з-задницу, которую нуж-жно постоянно выручать из н-неприятностей! – с жаром шептала заплетающимся языком Шеврон, наклоняясь ближе к собеседнице.

– Ещё как п-п-представляю! – раскрасневшаяся Стей даже хлопнула ладонью по стойке, отчего стоявшие там стаканы и стопки жалобно звякнули. – Беда в том, что м-моя младшая с-сестрёнка – мерзкий муж-жик!

– Беда-а-а… – сочувственно протянула Шеврон и икнула.

После ухода приглашенных «дам» бар заполнился местными выпивохами, а воздух быстро загустел от смрада и гогота. Между столами сновали подавальщицы, шарились карманники и попрошайки. На сцену вышла танцовщица настолько толстая, что занимала собою всё пространство.