Перезагрузка

Основным методом работы он считал ор. Как раскроет пасть, как начнет орать! А потом штрафы распределяет – кого талонов лишит, кого выходного, и все из-за любой ерунды. Нравилось ему чувствовать себя главным, и чтобы его все боялись, хотя сам он был плюгавенький, низенький, с черными усиками, и вообще похож на мутожука. Меня трясло, когда я его видела. Его дежурство превращало смену в сплошной стресс – проходя мимо, он никогда не удерживался от замечаний.

Но что поделаешь? Именно сегодня дежурит он. Значит, с ним и объясняться.

Дверь цеха отползла автоматически. На Заводе – не то, что в городе, тут все современное, шикарное, сплошная автоматика. Я прошла через «предбанник» и сразу увидела свое рабочее место. Оно прямо у входа: там робот стоит, который запечатывает металлические ящики. А вот переставить их на погрузчик не может: вагонетки едут с разных сторон, вставлять надо в пазы, причем размеры их не одинаковые. Тут соображать надо, робот нужен слишком дорогой, а наши хозяева не рвутся закупать, да и зачем, если есть такие, как я? Которые ставят ящики в ячейки погрузчика, быстро соображают, как подойти, да с какой стороны взяться.

И сейчас мой участок не простаивал. На нем трудился незнакомый паренек. Еще моложе меня вроде бы. Но крепкий. Работал хорошо, без устали – энергично нагибался, ящики хватал играючи, переносил на погрузчик.

Я ни разу этого паренька не видела. И это мне не понравилось.

– Кузнецова? – я подскочила, услышав свою фамилию.

– На работу пришла! – крикнула я, чтобы перекрыть шум цеха.

– Посмотри, сколько времени! – Карабас постучал по собственному комму на запястье.

Потом махнул мне рукой, и мы вышли в преддверие цеха. Здесь потише, можно нормально разговаривать.

– Господин мастер, – заканючила я, используя заготовленные фразы, – я не прогуливаю! У меня уважительная причина есть… На нас напала банда, мою мать убили! Я смогла убежать и только вот сейчас до города добралась.

– Меня не интересует, – холодно прервал Карабас, – ты уволена, Кузнецова. Ты уже уволена, поняла?

– Но господин мастер…

– Тебе не ясно? Меня не интересуют твои излияния, причины, слезы, сопли. Ты не явилась на работу – на твое место взяли другого человека.

Это было как удар дубинкой по башке. В глазах потемнело. В этот момент я даже не думала о последствиях, не взвешивала – лучше, хуже, что делать.