Мой личный драмтеатр

Это как победить в соревнованиях, спортивный интерес, эгоизм чистой воды. Не думать о последствиях, идти на поводу у своего внутреннего ребенка, который топает ногами и кричит «хочу».

Я быстренько придумала себе любовь и сама же искренне в нее поверила. Самовнушение – великая сила. Он, видимо, тоже обладал богатой фантазией, и с завидной скоростью наши отношения начали развиваться. Мы с трудом понимали, что происходит, но нам однозначно это нравилось. Когда встречаются два «голодных» человека, они начинают лихорадочно «объедаться» эмоциями.

Ночные прогулки с поцелуями у подъезда, бурный секс, пока никого нет дома, в остальное время – дети, парки, игрушки, неконтролируемые приступы нежности сменяли ревность, недомолвки, скандалы. Унылые родители превратились в страстно влюбленных подростков, лишившихся здравого смысла. Так продолжалось полгода, а потом мы решили жить вместе. Это стало очень большой ошибкой. Именно тогда воздушный замок, построенный из счастливых иллюзий, и начал по кирпичику разрушаться.

Вначале отношения всегда как праздник, ты ждешь встречи, волнуешься, тщательно к ней готовишься, вздрагиваешь от сообщений и в нетерпении горишь, желая видеть человека как можно чаще. Но потом мы узнаем друг друга ближе, появляются сомнения, недоверие, осознание того, что человек то далеко не идеальный, и я начинаю думать – а готова ли я мириться с этой неидеальностью? Но только когда начался совместный быт, я поняла, что попала в чужой мир, открыла не свою дверь, съела не ту таблетку.

– Зачем тебе ехать на маникюр, ты что, сама сделать не можешь? Лишняя трата денег.

– Я женщина, мне хочется хорошо выглядеть.

– Для кого? Для меня ты и так красивая, в джинсах и без макияжа ты мне нравишься больше, или тебе надо еще чье-то внимание привлекать?

Я закатывала глаза, злилась и хлопала дверями. Человеку было не объяснить, он вообще меня слушать не хотел.

– Что это?

– Феттучини с белыми грибами в сливочном соусе.

– Лучше бы просто макароны сварила. Мы люди простые, к изыскам не привыкли.

И я, сидя за столом, глотала слезы, пыталась улыбаться детям и думала, какого черта я в это все ввязалась, не жилось мне спокойно, но признавать свою оплошность не хотела, ведь я всегда должна быть права, должна бороться, а не отступать, и вообще, у нас ведь любовь, а мама всегда говорила, что я должна учиться терпению и идти на компромиссы, что мир не вертится вокруг меня.