Рассвет 2.0

Лежа с переломанным позвоночником, я дочитал книгу Цзиньши. Много думал о ней. Возможно, в другое время этот текст показался бы мне игрой циничного ума – невооруженным глазом заметны передергивания. В том, что касается нашей современной жизни, я мог их увидеть. В том, что касается истории… Я не специалист, а вопрос это сложный. Можно и так, и сяк интерпретировать. Любая революция для кого-то – счастье освобождения, а для кого-то – гибель и наступление эпохи великой тьмы. И каждая группа силится выдать себя за неких абстрактных «всех» (хотя, казалось бы, первая группа должна знать о классовом подходе).

Но история – это прошлое, оно закончилось, нынешняя жизнь меня совершенно устраивает, и повторяю, не стал бы я сколько-нибудь всерьез задумываться над этой безумной книгой. Первый раз я начал ее читать и размышлять о ней лишь из-за гибели Аркадия, который дал мне этот файл.

Теперь я не мог об этом не думать, эта книга имела тесную связь с моим поврежденным спинным мозгом, с моей болью, моей неподвижностью.

Я не детектив, и в Систему я больше не попаду. ОЗ, возможно, будет что-то расследовать – или не будет, я не знаю. Изучить ситуацию на месте у меня в ближайшие годы не получится. По возможности, конечно, я собирался поискать информацию, статистику по смертям – то есть этот вопрос меня тоже интересовал.

Но книга имела и другое измерение – историческое.

Историю я изучал только в школе. Единственный эпизод, который мне известен более или менее хорошо, – это наша, Кузинская революция и построение в нашем отдельно взятом уральском городке социализма с постепенным переходом в коммунистическую формацию.

Я вырос в Кузине, в одной из местных школ-коммун, в нашей же школе училась моя мать, училась знаменитая Лада Орехова, это была вообще вторая из созданных в Кузине ШК (первая, кстати, располагалась прямо здесь, на территории парка – бывшего Новограда).

Наша школа занималась по поручению городского Совета поддержанием Парка Памяти, мы убирали его, следили за сохранностью памятников. Каждый памятник здесь я знаю как свои пять пальцев. Даже имена с огромной стелы над братской могилой отпечатались в памяти. История революции в Кузине, история создания коммуны – на этом я вырос.