Рассвет 2.0

Я в последний раз глянул вверх, разглядел с трудом силуэты ребят, прижавшиеся к мачте. Мной овладело удивительное спокойствие. Как будто тот факт, что опасность была отведена от товарищей, как-то спасал и меня самого. Какая разница, что будет со мной. Главное, что их все-таки вытащат. А глупо вот так погибнуть. Я вскарабкался на валун. Теперь я на одном уровне с вершиной острова. Может, смогу какое-то время продержаться на воде… а может, например, держаться за мачту и подниматься вместе с водой? Да, это может быть шансом.

Я сам в это не особенно верил. Уже вымотался, а волны требуют столько сил и внимания…

Тут я подумал о матери и о том, что будет с ней, и как она вообще это переживет. Ну нельзя заводить единственного ребенка, да еще так поздно, да еще вся эта история с отцом…

Волна накатила на меня и облила с головой.

Я вцепился в мачту. Сдаваться? Черта с два. Я буду держаться до последнего. Ужас пробирал до костей – море, древний, хтонический зверь, собиралось пожрать меня, утащить в свои бездонные глубины.

Теперь я сам внутри был как Костя и готов был плакать, орать, обвинять даже… ну уж нет, не буду я на это тратить силы. Я буду держаться за мачту, и…

И вот тут случилось странное. Похоже, что бред от страха.

Сначала – ровный ряд огоньков. Цветные огоньки в воздухе рядом со мной, как будто обрамляющие небольшую платформу. И на этой – невидимой, в огоньках, платформе, сидел человек – не в защите, не в форме спасателя, вообще ни в какой не в форме, а в чем-то белом. Он сидел, скрестив ноги и улыбался.

Вот это было самым диким – он улыбался. И еще, это я не понял сразу, а только зарегистрировал мозгом – его лицо само светилось, как фонарь.

И тут волна мощно нахлынула на меня, рванула и понесла. Мои руки ослабели, мачту вырвало из ладоней. Но тотчас чья-то рука перехватила мое запястье и потянула вверх.

Я забарахтался и вцепился в край… плота?

Он взял меня за шкирку и втащил наверх, словно котенка.

Я лежал на невидимой, но прочной поверхности. И от нее поднималось тепло, быстро высушивая меня, одежду, волосы.

Потом я заметил, что эта невидимая поверхность слегка светится. Здесь не было дождя. И не был слышен шум моря.

Я сел. Мой спаситель сидел все так же неподвижно. Теперь я мог разглядеть его как следует – и не мог отвести глаз.

Все в нем было обыкновенно. Белая хламида неопределенной формы. Нормальное лицо, нос картохой, светлые волосы. Вот только глаза. Таких глаз я никогда не видел. И не мог бы описать.