Так строилась железная дорога

Кто же им такими быть велел, женщинами-воинами? Ох, эти женщины, совершенно исключительные!

В ресторане гостиницы «Хаятт» Цзинь Гоин заказала отдельную комнату под номером 888. Когда закончилось заседание, перед тем, как выехать на обед, Ван Чжунли подозвал Цзинь Гоин. Вдвоём они прошли по коридору, и Ван Чжунли напрямую сказал, что кое о чём переживает. Цзинь Гоин не совсем поняла его и спросила, о чем же он волнуется. Ван Чжунли задал ей встречный вопрос: начальник участка Те правда ли суров, непреклонен до причудливости? Цзинь Гоин пришла в ещё большее недоумение.

– Лао Сяо мне доложил, что у него были две бригады, которые хотели на вашем тоннеле работать, так Те Цзянь их начисто вычеркнул из списка конкурсных бригад, – сказал Ван Чжунли. – А ещё он сказал, что распределить их сможет только в том случае, если его предупредит председатель Чжан, а о бригадах, которые другие руководители порекомендовали, и думать нечего.

Цзинь Гоин предупредила Ван Чжунли, что Сяо Иху слушать не надо, а затем выложила начистоту: Сяо Иху сказал, что те две бригады рекомендовал Ван Чжунли.

– Посудите сами: я что, человек, который кого-то рекомендовать любит? Сейчас никаких подозрений не избежишь, они мне не родственники и не друзья – с чего мне эти неприятности искать? Но, с другой стороны, даже если бы это и были собственные бригады Лао Сяо, можно же их рассмотреть при равных условиях! Как можно никому уважения не оказывать?

Цзинь Гоин шла, погрузившись в раздумья.

– Ладно уж, не надо говорить о таком Лао Те. Э, главный инженер Цзинь, а ваш бывший муж – это же Го Фухай?

Цзинь Гоин разом остолбенела:

– Директор Ван, а вы почему тоже со мной о нем заговорили?

Ван Чжунли с легкой улыбкой сказал: [22 - У китайцев восьмерка – счастливое число. (прим.перевод.)]

– Директор Го – человек неплохой, он хочет поучаствовать в конкурсе на поставку оборудования на этой линии, ко мне приходил один руководитель, и я его ему порекомендовал.

Цзинь Гоин твёрдо сказала:

– Мы давно развелись, он – это он, я – это я. Мне неинтересны его дела, слушать о них тем более не хочу. Впредь лучше со мной о нем не говорите.

Эти слова привели Ван Чжунли в замешательство, и он в недоумении, склонив голову, поглядел на Цзинь Гоин.