Оттолкнуться от дна

Антон Антонович практически переселился на арендованную базу. Там имелись домики для спортсменов, где можно было жить не только летом, но и зимой. В одном из них шеф оборудовал себе рабочий кабинет, так что трудился он по-прежнему в две смены, только дневная проходила в Москве, а вечерняя – в Подмосковье. Егору тоже был выделен домик. Так как основная часть сотрудников по-прежнему каждое утро собиралась в столичной квартире, то шеф на своем москвиче ежедневно курсировал между базой и Москвой. Егор же был обязан сопровождать начальника в пути и записывать научные идеи, обильно рождавшиеся в голове шефа в момент управления автотранспортным средством на ухабистой дороге.

Пробок в те времена практически не было, и время в пути определялось только качеством асфальта, скоростными возможностями машины и квалификацией водителя. А шофером Антон Антонович был опытным. Свой первый автомобиль, «Москвич-401» с двигателем увеличенной мощности – двадцать шесть лошадиных сил! – он приобрел, еще будучи студентом геофака МГУ.

– Ну, и как Вам была такая тачка?

– Шикарно! – на полном серьезе ответил тот. – Самая удобная из всех, что имел!

– Но у нее же ширина – метр сорок! Меньше, чем высота на пятнадцать сантиметров! Да еще крылья выступающие, и салон зажат между задними колесами.

– Ничего ты не понимаешь! Сколько девчонок я в том москвиче перелюбил! На самом деле это же был «Опель Кадет K38», причем в редком варианте – четырехдверный и с независимой передней подвеской! Сталин лично отобрал в качестве образца именно эту версию и приказал не менять в конструкции ни одного винтика! А бензин? А-66! Красота! С любого грузовика можно было слить! Никаких проблем!

Такая восторженная оценка напомнила Егору анекдот.

– При каком правителе лучше жилось? При Брежневе, Хрущеве или Сталине?

– Конечно, при Сталине! – отвечает дед.

– Так ведь тоталитарный режим же был – страх, несвобода!

– Да, это все мелочи! Главное – при Сталине у меня стоял!

Весь март ушел на напряженную работу, но к концу месяца шеф вернулся из Комитета по науке сияющим.

– Все! Принципиальное решение принято. Остальное – дело техники. Летом едем в Мурманск.