Афганский Караван

Я поступила в точности как они. Когда корочки были съедены, двое мужчин омыли нам руки водой из козьих бурдюков, после чего мой муж воздел руки к небу и, повернув их кверху ладонями, медленно произнес благодарственную молитву Аллаху, источнику всякого добра. Мужчины, сложив ладони, поднесли их к лицам и повторили благодарность единому Богу, «который принес всем добро, и пищу и мир». Трапеза была окончена – самая простая, трогательная и волнующая из всех, в которых я когда-либо участвовала. Мы встали с ковров (все мусульмане берут с собой ковры в такие путешествия) и выпили воды – это делают только после трапезы.

Мы опять сели в седла и пустились в дорогу по извилистым проходам между скал. Иные из этих теснин были неописуемо мрачны и негостеприимны, и легко было представить себе, что они ведут в логово разбойников. Пройдя узкое ущелье, мы могли вдруг оказаться над пропастью, чья глубина захватывала дух. Сбитые в нее камни падали все ниже, ниже, ниже, их удары о выступы звучали все тише, тише… Потом начиналось новое ущелье.

Следующаяостановкабыладлямолитвы.Мусульмане должны молиться пять раз в день. Мой муж вел молитву, я ему вторила. В этой суровой стране молитва поистине необходима. Оставив так называемую цивилизацию за спиной, больше думаешь о Творце всего сущего и испытываешь благодарность за такие дары, как здоровье, сила и безопасность. Мы преклонили колени на наших ковриках, обратив лица в сторону священной Мекки, и во всей простоте, со всей искренностью и благоговением восхвалили Аллаха за то, что хранил нас от бед на пройденном пути.

Эта вера подарила мне новое ощущение. Не было ни громкого органа, ни мешочка, куда нужно класть монетки для успокоения совести, ни мыслей о том, одобряет ли твою одежду сидящая за тобой дама. Простота молитвы придала ей необычайную силу. Рядом со мной стоял на коленях погонщик мулов. В ту минуту мы были с ним равны, ибо молитва смирила меня, отодвинув в сторону мои обычные консервативные представления о различии классов и положений; потом, однако, погонщик вернулся к прежнему своему состоянию, не пытаясь извлечь выгод из того уровня, на который его подняла молитва.

Мы снова двинулись в путь. Помимо обилия впечатлений, я была сильно утомлена, но лишь смутно это сознавала.

Время от времени нам попадались на глаза маленькие форты, чьи обитатели вели с соседями непрерывную войну. Некая старинная распря делала здесь жизнь сокровищем, которое надо было бережно хранить.