После Дракона

– Этой мой подарок на Новый год и Восьмое марта, – мама была недовольна, что она не брала деньги, и передвинула их к ней поближе.

– Я еще не вносила долю в семейный бюджет, так что у меня есть деньги. Прибереги свои на случай, если я решусь поменять работу, – Дора отодвинула деньги обратно.

– Хорошо, только сходи за покупкой сегодня. Я прочитала в твоем гороскопе, что все покупки будут удачными, – маме явно понравилась ее идея о смене работы, и она убрала деньги со стола.

– Ой, мам, ну давай без гороскопов.

Я – самое яркое доказательство, что они не действительны. Вот кто я?

– По знаку зодиака Лев, рожденная в год Огненного Дракона, – серьезно сказала мама и стала похожа на древнего индейского шамана, хоть и не имевшего к китайскому гороскопу какого-либо отношения.

Дора заранее засмеялась, предвидя хорошую шутку.

– Ну вот видишь, а по факту – полевая мышь, рожденная в год несуществующего кролика.

– Купи пальто сегодня, – мама вернула диалог в нужное русло.

– Обещаю.

И пришлю тебе фото в нем, как доказательство покупки, – клятвенно заверила Дора.

Их общее сокровище вприпрыжку тащило на кухню всю поместившуюся в ее ручонки верхнюю одежду. Внезапный переполох был вызван ранним для этой поры первым снегом. Дора выглянула в окно – большие хлопья снега плавно спускались и были хорошо видны на фоне стального неба. Трава еще была зеленой, и белые крупные снежинки на ней смотрелись очень необычно.

– Сказочно, – с улыбкой выдохнула Дора и, повернувшись к племяннице, протянула руку.

 – Ну что, пойдем ловить снежных фей?

Белые пушинки были тихими, и она вспомнила про Ассоль, в которой счастье мурлыкало котенком. Нужно завести котенка, пусть и ей мурлычет счастье. Она любовалась, как маленькая девочка, так похожая на ее детскую фотографию, хохотала своим мыслям, кружилась и, норовя стянуть шапку, ловила снежинки ртом.

За спиной хлопнула дверь, к ним вышла Рут. Она, в домашней обуви на тонких ножках, в расстегнутой куртке, поверх которой был намотан шарф, была похожа на школьницу, получившую плохую отметку.

Дорено сердце сжалось, и она поспешила ее обнять. А та, уткнувшись ей в грудь, зарыдала, глуша рвущиеся стоны в ее волосах. Дора гладила ее по голове и, как маленькой, приговаривала:

– Тише-тише, все хорошо, а скоро станет еще лучше, вот увидишь.

Как по мановению волшебной палочки Рут успокоилась, вытерла слезы и, улыбнувшись, словно весеннее солнце, сказала:

– Я просто устала.