Суперхан

Теперь ее надо было «поймать» и передать телу.

Дубравин встал с кровати и начал медленно-медленно делать комплекс упражнений. Экспериментальным путем он давным-давно выяснил, что лучше всего пробуждают тело приседания и разгибания из армейской зарядки. Затем он перешел к упражнениям из китайского тайцзицюаня. Он мысленно гонял энергию из одной руки в другую, не забывая правильно дышать. И когда наконец уловил космическую силу в «силки разума», выполнив ката из карате, направил ее поток в основание позвоночника, откуда она будет весь день напитывать его много поработавшее, но все еще сильное тело.

Зарядка закончилась «боем с тенью» – несколькими сильными короткими ударами на выдохе.

Итак, тело было заряжено энергией, а мозг очищен. Теперь задача – поднять вибрации, управлять своей мыслью, которая является самой большой силой во Вселенной. Он никогда не занимался удерживанием первоначальной пустоты, как это делают дзен-буддисты, йоги, монахи, суфии. Для этого они и уходят из активной жизни.

Сидят годами в пещерах, скитах и ямах. Дубравин ставил себе другую задачу: поднять уровень своего мышления, заполнить мозг творческими вибрациями, которые и вытеснят словесный мусор. И он делал это самым простым способом: с помощью творчества.

Дубравин поднялся к себе, на третий этаж дома, вошел в кабинет. Сел в удобное кресло, придвинул клавиатуру и начал вспоминать зацепившую его за живое, слышанную когда-то историю. Историю, которая была созвучна его нынешним мыслям и настроениям: «Да-да! Это было лет сорок назад.

И осталось в памяти до сегодняшнего дня».

Он решительно напечатал заголовок своего рассказа: «Взлет».

Почесал переносицу. Всмотрелся в зеркало напротив. Увидел там широкоплечего, высоколобого человека, похожего бритой головой на буддистского монаха. Человек в зеркале вздохнул и принялся за работу.

* * *

«В редакцию солидного технического журнала пришло письмо, переполнившее чашу терпения заведующего отделом новой техники и изобретений. Он вызвал молодого корреспондента Костю Незванцева, положил перед ним конверт и предложил выехать в командировку.

Константин встретил известие без особого энтузиазма. Он слегка отодвинул от себя конверт и вяло заспорил:

– Владимир Петрович, я только позавчера приехал, устал, а вы снова меня! Да и по графику отпуск должен быть. У жены горит…

– Константин Павлович, только вы как бывший изобретатель можете показать убогость этих чудес, – шеф тонко польстил Косте.