Вдовий полог

 – Дилля выудила длинные пальцы из коротких волос и подтянула к себе стакан с остатками самогона, понюхала, поморщилась и отодвинула.

– Да, хозяюшка, – улыбнулась Детта. – Может, и зря я на Баранова наговариваю. Знаешь, насмотришься этих ужасов по телевизору и начинаешь в каждом видеть сволочь. Может, ему и правда просто помощница нужна?

Наблюдавшая за племянницей Дилля заметила, как вздрогнула Ида при упоминании фамилии соседа. На миг девочка замерла и тяжело задышала, потом снова принялась тереть тарелку, как показалось Дилле, с удвоенной силой.

– Ничего не зря! Ты же видела, как она от него отшатнулась, – шепнула Дилля сестре.

– Ида! – окликнула дочь Детта. – Брось ты уже эту тарелку, а то до дырки натрёшь. Подойди сюда.

Ида уложила тарелку на полотенце и с виноватым видом подошла к матери.

– Доченька, скажи, – Детта на секунду замялась, – ты дядю Петю сегодня видела?

– Угу, – кивнула, нахмурившись, Ида.

– А что он тебе сказал, когда вы поравнялись?

– Он… Он… – Девочка посмотрела на Диллю.

– Ну что? Говори, не бойся.

– Он сказал, чтоб я показала… – Ида быстро наклонилась к уху матери и зашептала. По вытянувшемуся лицу сестры Дилля поняла, что в оценке Баранова они не ошиблись.

– Иди спать, доченька, – мать погладила Иду по плечу, – иди, отдыхай.

Когда дверь за Идой закрылась, Детта дала волю негодованию:

– Я завтра к участковому пойду. Это что же происходит, это как называется, говорить ребёнку такие гадости.

– Известно как… – Дилля пододвинула стакан, поморщилась и махом опрокинула содержимое. Слёзы брызнули из глаз, она икнула и грохнула стакан об стол с той же силой, что и ранее банку сгущёнки. – Что толку? Ну пойдёшь ты к участковому, ну пожалуешься, ещё не факт, что он тебе поверит.

– Но ведь это сигнал, он должен отреагировать. Зачем мне врать?

– Хорошо, допустим, отреагирует он, пойдёт к Баранову, а тот скажет, что врёшь ты всё, наговариваешь. Твоё слово против его.

– Да зачем мне наговаривать?

– А мало ли… Придумает… Скажет, что виды ты на него имела, пристроиться хотела сама и детей своих, в жёны набивалась. Одной тяжко, а? А он отказал, и ты в отместку… Вот точно тебе говорю, именно так он и скажет, я таких козлов навидалась. А он агроном, не последний человек, завидный жених, можно сказать…

– Дилля, что ты говоришь, ты же его видела, кривоногий коротышка, урод лопоухий…

– Это да, но это по нашей оценке.