Подвиги несравненного Ходжи Насреддина

Увидев его в рваной одежде, распорядитель посадил его в самом незаметном месте, подальше от большого стола, где с большим почтением обхаживали самых важных гостей.

Насреддин увидел, что пройдет не меньше часа, прежде чем слуги дойдут до того места, где он сидит. Поэтому он встал и пошел домой.

Он оделся в великолепный подбитый соболем халат, надел тюрбан и вернулся на праздник. Как только герольды эмира, хозяина праздника, увидели, как величественно он выглядит, они начали бить в барабаны и трубить в трубы, как и полагалось возвещать о приходе именитых гостей.

Сам главный управляющий вышел из дворца и проводил сиявшего великолепием Насреддина к почетному месту рядом с эмиром. Перед ним сразу поставили блюдо с изумительными кушаньями. Недолго думая Насреддин принялся горстями запихивать еду в свой тюрбан и халат.

– Ваше преосвященство, – сказал эмир, – вы возбудили во мне любопытство вашим обычаем есть; для меня он нов.

– Ничего особенного, – ответил Насреддин, – халат доставил меня сюда, доставил мне еду.

Проповедь Насреддина

Однажды деревенские жители задумали подшутить над Насреддином. Его считали святым и ни на кого не похожим, поэтому они пришли к нему и попросили произнести проповедь в мечети. Он согласился.

Когда настал назначенный день, Насреддин поднялся на кафедру и произнес:

– О люди! Знаете ли вы, что я собираюсь сказать вам?

– Нет, не знаем! – закричали они.

– Пока вы не узнаете, мне не о чем с вами говорить. Вы слишком невежественны, не стоит и начинать, – сказал Мулла, исполненный негодования от того, что такие невежественные люди отнимают у него время. Он сошел с кафедры и отправился домой.

Слегка огорченная делегация снова пришла к нему и попросила его произнести проповедь в следующую пятницу, в молитвенный день.

Насреддин начал свою проповедь с того же вопроса, что и в предыдущий раз.

На этот раз собрание единодушно ответило:

– Да, мы знаем.

– В таком случае, – сказал Мулла, – нет нужды задерживать вас. Можете идти. – И он вернулся домой.

Его уговорили проповедовать и в третью пятницу, и он начал свое обращение, как и прежде:

– Знаете или нет?

Собрание было подготовлено.

– Одни знают, а другие нет.

– Превосходно, – сказал Насреддин, – тогда пусть те, кто знает, передадут свое знание тем, кто не знает. – И пошел домой.