Сон в летнюю ночь

В мире, о котором рассказывала Мальцеву Виктория, всё было сказочно-небывалым: подземные поезда, автоматические двери, банкоматы с деньгами и мобильная связь – это было абсолютно невоплотимо, поскольку объяснить создание этих вещей Виктория Чучухина, человек с высшим образованием, могла с тем же успехом, как устройство ковра-самолета и скатерти-самобранки. Интересно, Мальцев действительно верил Виктории или считал её, как и все, сумасшедшей выдумщицей? На этот вопрос Сергей Афанасьевич и сам, пожалуй, не ответил бы, но ему так хотелось верить, что есть где-то удивительная страна, где по мощенным каким-то загадочным асфальтом улицам расхаживают такие сказочные красавицы, как Виктория Робертовна, а что Виктория Чучухина сказочная красавица Мальцев понял сразу, как увидел её.

– Вот, Вы давеча, Виктория Робертовна, сказали, что жизнь наказывает. А теперь посмотрите, какая дивная ночь, какая благость повсюду разлита. Это потому, что не для наказания, а для радости создал нас Господь, и всё как надобно в нашей жизни складывается и всегда идет токмо к лучшему.

– У меня пока только к худшему идет.

– Когда дело доходит до худшего, всё всегда оборачивается к лучшему.

– Пример можете привести? – перебила философские умозаключения Виктория.

– Разумеется, и не один. Вот возьмем такой случай: живу я у заставы в доме Жабоедова, – начал Мальцев свою историю.

– В чьем доме? Жабоедова? Это что, фамилия такая? – перебила Вика. Ей стало неудержимо весело: смешной рыжий Мальцев живет в доме с таким же, как он сам, смешным названием – «дом Жабоедова».

– Да, владелец дома, коллежский секретарь Жабоедов Игнат Архиповович.

– Прикольно. Мне тоже, конечно, имечко досталось – не забалуешь, но с Жабоедовым мне не конкурировать.

– Сие нам с Вами забавно, – удивительно, но Мальцев был единственным из всех живущих в восемнадцатом веке, с кем Виктория могла говорить не напрягаясь: он понимал её без перевода, – а Жабоедов своей фамилией весьма гордится, полагая, что род Жабоедовых берет свое начало от Рюриковичей.

Ветер нежно перебирал кончики косынки, падали звезды с августовского неба, и в соответствии с законами жанра заиграла музыка. Виктория вопросительно посмотрела на Мальцева, тот указал взглядом куда-то за её спину:

– Ея Высочество цесаревна Елизавета Петровна.

Вика обернулась: по Неве плыл освещенный множеством разноцветных фонариков кораблик. На палубе играл оркестр, нарядные люди стояли на носу, и до берега доносились обрывки фраз, смех.