Серая скала (сборник)

Увидев мое расстроенное лицо, майор спросил:

– Что это с вами? На вас лица нет… Нашли прикованные тела, что ли? Где они?

– Там, в последней комнате, – ответил я. – Откуда же вы знаете?

Вместо майора мне ответил Хрулев:

– Слыхали в диктофоне. Они забыли уничтожить валик. На нем был записан последний приказ. Вот, смотрите, – и он подал мне клочок бумаги, на котором рукой Рожкова был написан перевод на русский язык с немецкого текста:

ПРИКАЗ по объекту VL № 172

1. Согласно распоряжению фюрера, работа на нашем объекте временно прекращается.

2. Все оборудование, аппараты и приборы оставить в полном порядке и готовности, дабы после возвращения можно было тотчас возобновить работу.

3. Все документы и чертежи немедленно сдать мне. Частную переписку уничтожить.

4. Эвакуацию персонала начать сегодня в 22 часа и закончить завтра в 4 часа. В 5 часов шлюз будет затоплен.

5. Изменника фюреру и Германии Отто Хиссингера, который предательски саботировал работу, а также русского инженера Пасько оставить в карцере на цепях, снабдив их хлебом и водой на две недели.

Хайль Гитлер!

    Начальник объекта VL 172, оберштурмбаннфюрер

    Зигмунд фон Римше.

Я был поражен открытием. Значит, там, в смрадном карцере, передо мной лежало тело отца Татьяны, Виктора Ивановича Пасько!

В то время когда все думали, что он увезен в Германию, и ждали его возвращения, он сидел на цепи в подземной тюрьме, совсем недалеко от своего дома, и умирал голодной смертью.

Я вошел в карцер и огляделся. Небольшая мрачная комната с низким потолком, почти пустая: только стол, два стула и большой бак. В середине пола было вбито железное кольцо с двумя цепями. Одна шла к телу Пасько, другая – куда-то в темный угол. Там на груде тряпья с трудом можно было разглядеть скорчившееся тело еще одного человека. Это, без сомнения, тот самый Отто Хиссингер, который осмелился не подчиниться приказу фюрера.

Рожков занялся осмотром стола.

– Товарищ майор, – заявил он вдруг, – под листочками пыль.

– Сам вижу… Бумажки разбросаны недавно, и стеариновые пятна совсем свежие. Спички, заметьте, которых так много валяется, все советского производства. Здесь кто-то до нас побывал, и не так давно, может быть, только два-три дня назад. Сомневаться не приходится… Ах, черт возьми! – вдруг выругался майор. – Что это?..