О`Нил

Череп раскололся, чуть мозги на асфальте не оставил, кровищи было захлебнись, поэто…

– Мы поняли, – побледнев, перебил меня второй охранник, у которого, видимо, слишком тонкая душевная организация, и протянул мне лист. – Распишитесь в журнале посещений и вас проводят в комнату для встреч.

Вежливо улыбнувшись и кивнув, я сделал, как было велено, и направился в сопровождении одного из охранников в указанную комнату. Про себя отметил, что в журнале посещений напротив имени Дрейка было только моё имя.

Заключенные имели право самостоятельно вписывать людей, которых они хотели видеть. Если тебя нет в списке, то тебя не пустят.

Зайдя в небольшую комнату, бегло оглядел её. Четыре камеры по углам, одна на столбе по центру, на котором в два ряда висело шесть небольших мониторов, демонстрировавших жизнь за пределами этой комнаты. Два охранника – один на входе, другой около столба. Десять столов, за каждым по два стула. Справа от входа находился аппарат с водой и разными снеками.

На противоположной от входа стене было два прямоугольных окна, но с решёткой.

Никаких перегородок, как можно было ожидать, но меня предупредили, что прикасаться к заключенным нельзя. Если бы не наличие камер, решёток и до зубов вооруженных охранников, то можно было подумать, что это аскетичная зона ожидания в затрапезном аэропорту.

Я быстро прикинул, где лучше сесть, но тут в комнату ввели Дрейка. На секунду, показавшейся вечностью, я растерялся. Наличие на нём сигнально-оранжевой робы никак не способствовало спокойному дыханию.

Просканировал друга, пока он шёл с заложенным назад руками. Вид у него был уставший, если не измождённый, синяки под глазами стали почти чёрными, щеки впали, глаза потухли. Я нахмурился и, взяв себя в руки, медленно подошёл к столу рядом с окном. С Дрейка сняли наручники и он сел.

– Бро, ты себя хорошо чувствуешь?!

Дрейк облизал пересохшие губы и потер запястья, на которых виднелись следы от наручников.

– Смотря с чем сравнивать, братан, – хриплым голосом ответил он.

 – Но я рад, что вижу солнечный свет.

– У тебя в камере нет окна?!

– Есть.

– Я не понимаю.

– Я просидел в карцере две недели. Меня только сегодня выпустили.

У меня отвисла челюсть.

– Что произошло?!

– Я подрался с одним из заключенных.

– Дрейк…

– Терри, он сам полез, – оборвал он меня, всё время поглядывая на автомат с водой. – Я всего лишь защищался, но оказался крайним.