Русский вечер (сборник)

И вдруг сегодня мы узнали, что один из родителей, на которого мы особенно рассчитывали, лежит в больнице с огнестрельной раной. Его ранили в голову или где-то совсем рядом. Словом, рана очень опасная.

– Господи, кто это?

– Рейтер Геннадий Федорович. Он наш главный спонсор, и его сын…

– Это Ванечка-то высокоодаренный! Да он только в три года говорить начал, а в четыре еще писал в штаны! А сейчас он пойдет в ваш юнеско-класс?

– Ну зачем вы так говорите? Он отлично прошел все тесты, – секретарша заглянула в какие-то списки.

 – Ну, если не отлично, то, во всяком случае, совсем неплохо.

Только тут до Яны дошел истинный смысл услышанного. Генка Рейтер в больнице с пробитой башкой! Все это звенья одной цепи.

– А что случалось с Рейтером?

– Я не знаю точно, говорят, стреляли из «Калашникова». Шофер – насмерть, охрана, по-моему, тоже в лоскуты, а он сам без сознания…

– Когда это случалось?

– Вчера.

– В какой больнице он лежит?

– Так вы его знаете? Он ваш друг?

– Конечно, друг…

«Или враг», – подумала Яна, записывая адрес больницы.

Геннадий Федорович Рейтер был правой рукой Ашота, не исключено, что этой рукой он его и придушил. Как уже говорилось, сейчас Рейтер пребывал в должности генерального директора фирмы «Феникс».

9

– Я нашел, Ян очка! – счастливым голосом кричал Борис по телефону. – Ваш «Зюйд-вест» обретается в Бригадирском переулке. Это в Лефортово. Записывайте подробный адрес.

– Спасибо, Борис. Вы настоящий следопыт.

Я ваша должница.

– К трем неоплаченным поцелуям прибавляются еще два.

– Оптом отдам, оптом. Передайте завтра Верочке Ивановне, что с утра меня не будет. С клиентом работаем по прежней договоренности.

Бригадирский переулок нашелся относительно быстро. Почему туристическая контора решила осесть в этом непрестижном районе? Здесь, конечно, аренда дешевая, но кто сюда потащится оформлять заграничную поездку? Серые коробки домов, рядом какие-то корпуса – по виду заводские.

На нужном доме было полно досок с указанием учреждений, но ни одна из них не желала хотя бы обмолвиться о дальних странствиях.

Яна два раза обошла дом кругом, попрыгала, пытаясь заглянуть в окна, потом села на лавочку рядом с мрачной старухой в пуховом платке, которая пасла на газоне кота. Котик был совсем юный, похоже, он первый раз вышел в большой мир и теперь сидел, выгнув спину, и зыркал вокруг затравленно.

– Простите, пожалуйста.