Живые люди

 – Надеюсь, завтра не опростоволоситесь?

– Никак нет, – соответствующе духу кабинета сказал Леша.

– Завтра будут важные гости, учтите, – декан покосился в сторону портрета вождя, создавая впечатление, что не иначе как он лично будет внимательным зрителем их представления.

У Артура нехорошо заныло в животе. Но тут Никита, Леша, Берта и Ирина направились к двери. Артур потянулся за ними.

– А вас, Смирнов, попрошу остаться.

Голос не предвещал ничего хорошего.

Зоя заинтересовалась корзиной для бумаг, но как ни перебирала всякий мусор, даже мельчайшего обрывка от пресловутого черновика не было, хоть ты тресни.

– Ну что ж, Смирнов, спасибо за сигнал, – со значением произнес декан. – Лучше, как говорится, перебдеть. Но все хорошо, что хорошо кончается. Садитесь!

Тема была неприятная, никакого сигнала Артур не давал, он подозревал, что стукнула Рогова или просто трепанула, а он ни при чем. Но не тот момент, чтоб устанавливать истину. Артур сел на краешек неудобного стула и усилием воли подавил бурчание в животе.

– Вас хорошо характеризуют товарищи, и я рад, что есть решение предложить вам, как человеку серьезному и ответственному, подать заявление в партию – сначала, конечно, в кандидаты.

Артур похолодел – опять анкета, опять проверка. А вдруг? Нет, куда ему с подмоченной биографией претендовать на такое?!

– Спасибо за доверие, – сказал он и, напрягшись, вспомнил: – Ермолай Евтихианович, может, немного рановато, я без году неделя первокурсник, еще не освоился, не огляделся.

– Успеете. Время есть.

Он готов был продолжить мысль, но в дверях появилась Зоя:

– Вам звонят, – и показала пальцем наверх. Декан отправил Артура из кабинета и вслед крикнул:

– Устав возьмете в парткоме!

Верная Лариса ждала в коридоре:

– Что?

– В партию предложил.

– Ух ты, – восхитилась она, – вот это удача, ты далеко пойдешь, Смирнов.

– Что же с нашим капустником завтра будет?

– Заболеют.

– Как?

– Решили дизентерией.

Артур не понял:

– Все?

– Хватит одного.

Артур и вправду немного тяготился своим именем Овода – оно как будто призывало его к самопожертвованию. А не хотелось.

– Давай, – согласился он, – Алик так Алик.

Лариса привстала на цыпочки и поцеловала Алика в щеку:

– Поздравляю, Алик. Надо всем сказать, чтобы тебя больше не звали Артуром.

– И Тамаре, – подчеркнул Алик.