Крылья

И вдруг положил на середину парты шоколадную плитку.

Саша скосила на него глаза, и парень подвинул шоколадку ближе к ней. Она убрала руку от лица и облегчённо выдохнула. Уголки его рта, наконец-то, дрогнули, и на лице появилось выражение, отдалённо напоминающее радость, которую он безуспешно пытался замаскировать. Девочка легонько толкнула его плечом в плечо, и Ромка тут же вернул ей тычок, да так что она едва не свалилась со стула. Правда, он её тут же поймал за талию и бережно вернул на место.

– Почему Олень психанула и не хочет больше с тобой дружить? – спросил он шёпотом.

Саша закатила глаза:

– Она думает, что я положила глаз на её ненаглядного Нестеренко…

– Фу! – брезгливо отозвался Ромка, вешая рюкзак на крючок, и посмотрел на неё с подозрением: – Ты же не положила?..

– Конечно, нет! – скривилась та и потянулась к шоколадке.

– Я знал, что он мне не соперник! – он прищурил глаза и хитро двинул бровью, заставив Сашу подавиться беззвучным приступом смеха.

Она взяла себя в руки и недовольно прицокнула языком, чётко обозначив:

– Ты – мой лучший друг!

– А Ковалёв?..

– Он… Просто друг… – пожала плечом.

Рома недоверчиво качнул головой и уточнил:

– Значит, ты моя болельщица и на новогоднем турнире будешь болеть за меня, а не за него?..

Саша посмотрела с укоризной в его серые глаза:

– Вообще-то, никому и ничего ещё неясно! Ты целый месяц провалялся со своей ногой, а потом с ветрянкой.

– А если он всё-таки не приедет? – Рома снова хитро прищурился.

И тогда она неуверенно заявила:

– Приедет! – а потом ещё менее уверенно добавила: – И в этот раз не надейтесь и не хитрите! Я точно не приду на вас смотреть, когда вы будете играть друг против друга.

***

На улице мело, и Денис едва добрался до дома на общественном транспорте, когда уже начинало смеркаться. Несмотря на настоящую декабрьскую метель, остановки весело мигали ёлками и гирляндами, которыми их украсили ещё в конце осени. Город готовился к самому главному празднику в году и вокруг царило жизнерадостное настроение.