Ожидание

Со временем вместо того, чтобы стать толстокожей, она сделалась еще более ранимой.

Лисса пропустила пункты относительно размера шляпы и перчаток. Иногда ей казалось, что формы этих дамских аксессуаров не изменились с 1950-х годов. Указала в соответствующей графе размер обуви и вернула анкету девушке за столом.

Когда секретарша встала, Лисса увидела, какая она высокая. Худоба подчеркивалась черным платьем. Она взяла лежащий перед ней полароид и лениво махнула в сторону пустой стены.

Лисса видела, как смотрели на нее другие женщины, когда она пошла к освещенному пятачку у кирпичной стены, как оценивали ее фигуру, одежду, искали следы морщин и нездоровый цвет лица.

Раньше на такие пробы она не ходила.

Когда она только окончила театральную школу, ее новый агент встретила ее в йоговской асане, пробежалась по своему впечатляющему списку клиентов и сказала, что в рекламе она сниматься не будет, если только сама очень не захочет.

– А если и так, – сказала ее новый агент, – то это будут только европейские ролики.

Они обе рассмеялись. Это было тогда, когда она ходила на пробы трех фильмов в неделю. Когда директор по кастингу делал так, чтобы актеры, претендующие на одну роль, не пересекались на прослушивании. Когда она ждала своей очереди, сжимая сценарий, напряженная, готовая к бою. Когда кастинг-директор вскакивал, когда она заходила, и первым протягивал руку, говоря: «Большое спасибо, что пришли».

Полароид щелкнул и зажужжал.

– Спасибо, – сказала молодая женщина.

Вместо этого Лисса прошла вдоль очереди в уборную, чтобы проверить макияж. В зеркале она увидела, что тушь потекла, оставив под глазами разводы. Черт! Она потерла их большим пальцем. Неважно, как тщательно ты готовишься, что-то обязательно пойдет не так.

– Ты просто должна сыграть по правилам, Лисса, – вздохнула однажды по телефону помощница ее агента, когда Лисса отказалась купить пуш-ап для очередных проб. – И ты это знаешь. Они сказали, что им нужны большие сиськи.

Пуш-ап был упомянут и тогда, когда агент отказалась от нее по телефону.

Лисса вернулась в зал ожидания, прошла мимо актеров, села и закрыла глаза.

Она попыталась.

Когда третий десяток лет сменился четвертым, она действительно попыталась сыграть по правилам. От нее отказались три агента, каждый последующий был менее известным, чем предыдущий. Она дошла от «никогда не буду сниматься в рекламе» до того, что снималась только там.