Сказки женской Души

 – Зато я понимаю, что ты способен причинить вред моей единственной подруге! А за нее, – и птица развернула трепыхающегося Мастера к себе лицом, сосредоточенно разглядывая его то одним, то другим глазом, – за нее я … много чего могу сделать, – вкрадчиво произнесла она, и по спине Тармаля прошел непрошенный холодок.

– Хорошо-хорошо! – поспешно согласился он, осознав, наконец, всю опасность ситуации. – Отпустите меня, глубокоуважаемая, и я обещаю, что больше никогда не буду ничего предлагать Вашей подруге.

– Вот и ладушки, – угрожающе ответила собеседница, слегка ослабляя хватку.

– Как – куда? Вы же сами сказали убираться… – обиженно произнес Мастер.

– Ну, ты-то можешь убираться, а вот книжечку-то оставь, – ласково произнесла Ворчунья. – Девочка ее очень хотела, вот я и отдам ей при случае!

– Что значит – оставить? – вскинулся фей. – Это … это – грабеж! Это форменное беззаконие!

– Да ладно, держи! – и Сова покачала перед носом Мастера мешочком со Звездной Пыльцой.

– Понял-понял! Улетаю! Обещаю больше не досаждать своими визитами! – и Фей, торопливо откланявшись, буквально растворился в воздухе.

– У меня целее будет, – проворчала Сова, забираясь в дупло с намерением припрятать опасный трактат подальше.

Когда довольная Фея-Умница вернулась обратно, Ворчунья делала вид, что спит.

– Вставай, соня! – тормошила ее Фея. – Я все сделала, как мы договорились! Пыльцу высыпала, слова сказала. И представляешь – я могу улетать из леса! Я уже пробовала! – ликовала она.

– Поэтому так долго? А то я уже переволновалась вся, – проворчала птица, глядя сквозь листву на солнце, уже клонившееся к закату.

– Волновалась она! А сама дрыхнешь без задних лап! – веселилась Умница.

– То ли я тебя плохо знаю! Так я и думала, что ты сначала полетишь проверять, как далеко теперь можешь забраться, – усмехнулась Сова.

– Ну да… прости, если заставила тебя переживать! – и Фея, по своему обычаю, обняв Ворчунью за шею, чмокнула ее в жесткий клюв. – Слушай, а где Мастер Тармаль? – встревоженно оглядывалась она вокруг.

– Думаю, на полдорге к дому, – захихикала птица. – Мы с ним тут поговорили … душевненько. Обещал больше тебе не показываться.