Портрет Кати Е.

Однажды Оля вышла из дома и увидела, что слепой человек идёт по улице один, без собаки, неуверенно щупая асфальт впереди себя палкой. «А собака заболела», – подумала Оля.

Собаки не было на другой день и на третий. И слепой человек тоже стал появляться на улице всё реже.

У Оли была двоюродная сестра Саша. Они родились в один год, в один месяц и даже в один день. И праздновали день рождения по очереди – то у Оли, то у Саши.

Оля любила Сашин дом. Он стоял на Владимирском проспекте рядом с театром. На театре всегда висели афиши, вечером их часто разглядывали люди; Оля тоже любила их разглядывать.

Сашины окна были под самой крышей. Чтобы их увидеть, надо было перейти на другую сторону проспекта и задрать голову. И тогда поймёшь, какой это интересный дом: по три окна-фонаря сбоку и один – большой – посередине. Большой фонарь – это Сашин, два по бокам – тоже её.

Оля перебежала на другую сторону проспекта, а Саша открыла большое окно, замахала рукой и закричала через проспект:

– Оль! Не туда! Сюда, сюда!

Была весна, было тепло, всюду мыли окна и ходили уже без пальто.

И крикнуть собственной двоюродной сестре, что она пошла в булочную не в ту сторону, – одно удовольствие.

Оля приехала в гости к Саше. Но тут неожиданно обнаружилось, что в доме кончился сахарный песок, – и Оля вызвалась за ним сбегать. Ей стали объяснять, где булочная, но она и сама знала, что булочная почти на углу Владимирской площади. А на другую сторону перешла просто так, чтобы полюбоваться на Сашины окна-фонари.

И тут с ней случилось несчастье.

Подбежали трое и сразу:

– Девочка, девочка, иди сюда быстрей! Иди быстрей, тут такой прикол!

Ещё понятно, когда к тебе пристают мальчишки, а то ведь девчонки – такие же, как она, из четвёртого или пятого класса!

– Зачем? – спросила растерянно Оля и всё-таки пошла за ними в парадное.

– Сейчас, сейчас, – сказала одна из троих, самая высокая. Они прошли через первые двери, около вторых – больших, с матовым стеклом – Оля было приостановилась, но тут её подтолкнули внутрь, к лестнице.

– Сейчас, сейчас увидишь, – хихикнула самая толстая.

И за Олей мгновенно захлопнулась дверь со стеклом. Тут же девчонки задвинули засов. Оля очутилась одна на полутёмной лестнице.

«Подумаешь, – решила она, – поднимусь по лестнице, открою другую дверь и выйду через чёрный ход. А если нет чёрного хода, кто-нибудь из жильцов пойдёт и откроет засов.

Оля так и сделала: поднялась, дёрнула другую дверь, но та не поддалась.