Остров пингвинов. Восстание ангелов

 – Тогда, по-вашему, что ж такое крещение? Крещение – это акт обновления, при котором крещаемый вновь рождается из воды и духа, ибо, войдя в воду весь запятнанный грехами, он выходит из нее новопосвященным христианином, совершенно другим существом, предуготовленным к подвигам праведности; в крещении, как в зерне, заключено бессмертие; крещение – залог воскресения; крещение есть сопогребение с усопшим Христом и совосстание с ним из гроба. Сей дар – не для птиц! Посудите сами, отцы! Крещением смывается первородный грех, но ведь пингвины не зачаты в грехе; оно освобождает от наказания за грехи, но ведь пингвины не грешат; оно осеняет благодатью и готовит к добродетельной жизни, соединяя христиан с Иисусом Христом, как части тела соединены с головою, но ведь нельзя допустить и мысли, чтобы пингвины могли украшаться добродетелями наподобие христианских исповедников, дев и вдовиц, могли осеняться благодатью и приобщаться к…

Св.

– Это доказывает только, что крещение было напрасно, – живо заметил он, – но отнюдь не доказывает, что оно недействительно.

– Однако в таком случае, – отвечал ему св. Гвенолий, – можно крестить во имя Отца и Сына и Святого Духа погружением в воду или окроплением не только птиц и четвероногих, но также и неодушевленные предметы – статуи, столы, стулья и тому подобное. И такое животное стало бы христианином, такой идол, такой стол были бы христианами? Что за нелепость!

Затем взял слово св. Августин. Его выслушали в глубоком молчании.

– Я сейчас покажу вам на примере могущество ритуала, – сказал пламенный епископ Гиппонский. – Правда, дело идет о заклятии диавольском. Но если установлено, что ритуал, внушенный диаволом, оказывает действие на неразумных животных или даже на неодушевленные предметы, как же усомниться в том, что священный ритуал оказывает действие на разум животных и на косную материю? Вот пример.

При жизни моей была в городе Мадавре, на родине философа Апулея, одна волшебница, умевшая привлекать к себе на ложе любого мужчину: для этого ей достаточно было сжечь на своем треножнике несколько волосков с головы ее избранника, подкладывая при этом в огонь какие-то травы и произнося какие-то слова.