Варавва. В кругу Иисуса Христа (сборник)

И для тех, кто любит золото больше жизни, Дух в терновом венце жил на земле напрасно! Торжество иудеев еще впереди! Они долго были пленниками и рабами, зато в свою очередь возьмут пленных и победят великие государства. Даже твое имя, Варавва, послужит знаменем – ты будешь «Царем Иудеев», так как Тот, Кто идет впереди нас, – Царь более многочисленного народа, Царь бессмертных духов, на которых золото не имеет влияния!

Варавва смотрел испуганно, не понимая того, что говорил Мельхиор, но чувствуя, что грозный голос предвещал что-то ужасное…

– Про какой народ ты говоришь? – спросил он.

– Не один мир, а бесконечное множество миров! Там, далеко над нами, – Мельхиор показал на небо, – синева скрывает их от наших глаз, но они существуют! Это не сон и не бред! Огромные сферы, бесконечные системы следуют по указанному пути. Они богаты мелодией, переполнены жизнью, озарены светом, и Человек, Который идет сегодня на смерть, знает все эти тайны!

Испуганный Варавва еле выговорил:

– Ты потерял рассудок!.

– Спасение? – переспросил Мельхиор. – Ты хочешь спасти ягненка от волков, лань от тигров, веру – от священников? Ты смел и опрометчив! Назначенное должно исполниться!

Он замолчал. Варавва шел рядом, тоже не говоря ни слова. Зато чернь кричала и бесновалась.

Мельхиор поднял голову, и в его глазах Варавва увидел все тот же странный янтарный блеск.

– Как по-твоему, Иуда Искариот был человек простого нрава?

– Он казался таким, когда я его знал, – рассеянно ответил Варавва, занятый своими мыслями. – Шадин ему очень доверял, Иуда был его библиотекарем… Юноша мечтал о реформах и улучшениях, ненавидел – тиранию и презирал священников. Он посещал синагогу только в угоду отцу и в особенности для сестры, которую очень любил. Все это Иуда рассказал мне сам! И в один прекрасный день он внезапно и тайно покинул город и после того…

– Ты украл у Шадина жемчуг для той, которую любишь, а потом убил клеветника, и за это тебя бросили в темницу и чуть не распяли! – договорил Мельхиор.

Глаза Вараввы засверкали.

– Я умер бы с восторгом, чтобы спасти Приговоренного сегодня!

Строгое выражение лица Мельхиора смягчилось.

– Хотя ты и преступник, но все же есть что-то благородное в твоей натуре, – сказал он.