#Зерна граната

Луиза замерла в недоумении – слова Венделя не прозвучали издевкой. Какой-то тревожный колокольчик внутри надрывно зазвонил, умоляя прекратить этот разговор, в котором звучало слишком много неприятных недомолвок.

Тем временем в просвете между деревьев показался всадник на кирпично-рыжем коне. Еще издали, по одному только силуэту, она узнала в мужчине приближенного брата – Хорхе. Высмотрев Венделя с Луизой в гуще листьев, тот спешился и устремился к ним.

– Об одном ли и том же Фердинанде Спегельрафе мы говорим? – неловко попыталась отшутиться Лу.

– Верно, – протянул Вендель, – ты ничего не помнишь из тех событий. Но я знаю достаточно. Рассказать?

Луиза покачала головой и указала на приближающегося Хорхе, но брат отмахнулся от ее жеста и продолжил говорить. Тем временем тот кивком поприветствовал своего командира, почтительно встал за плечом и сложил руки на груди, вперив в Луизу неприязненный взгляд.

– Однажды наша матушка утопила старшую сестру, – произнес брат тоном недоброго сказочника.

 – Разумеется, никто не стал винить Эмилию и все списали на шок. Ты знала, что утопающий не может позвать на помощь? Это только в опере девица, которую бросили за борт, еще с четверть часа ведет свою арию из волн. Эрнеста боролась за каждый вздох, и вода отнимала ее силы. Вода и мокрое платье.

Вендель мерил пространство между Луизой и Хорхе шагами, поочередно обращаясь то к ней, то к нему, но по лицу иберийца было ясно, что он не понимает ни слова, а лишь выжидает момента, чтобы заговорить.

– А наша матушка, тогда еще совсем девчонка, стояла в тени ив и ждала, пока та не перестанет биться и не всплывет посреди пруда с лилиями, как мертвая рыбка. Только тогда она раскрыла свой лживый рот пошире и завизжала.

– Мне известно, что она считает себя виновной в смерти тети Эрнесты. – Лу покачала головой, пытаясь скрыть, как ошеломил ее рассказ брата.

 – Но тебя там не было! И слуги…

Хорхе оборвал ее речь.

– Escuchame, comandante. Es de cargo de armas del norte.

Вендель кивнул, и Хорхе принялся быстро бормотать, склонившись к его уху. Пальцы Венделя потирали и сдавливали переносицу, будто он, вслушиваясь в порывистую речь бандита, снова и снова выправлял старый перелом, а прищуренные глаза смотрели в пространство.

Хорхе, в отличие от других людей брата, был скуп на жесты.