Зов темной крови

– Я говорила, что технология «биспоук»[6 - Bespoke – индивидуальный пошив мужского костюма по всем канонам и правилам классического портновского искусства.] – это слишком серьезно.

– А я отвечала, что бояться тебе нечего, Анастас Зенонович – лучший мужской закройщик Москвы.

– Ну, вот! Ты сама это признала, – улыбнулась Надежда. – Значит, берем его на работу?

Ираида Самсоновна недовольно посмотрела на дочь и на всякий случай спросила:

– Ты обсуждала этот вопрос с Соколовым?

– Конечно.

– И что?

– Он не возражает.

– Больше ничего не сказал?

– Валентин Михайлович считает, что у каждого человека должен быть шанс на исправление.

– Вот ведь как вывернул, – возмутилась Ираида Самсоновна. – А случись что – сразу в кусты.

– Ты говоришь так, как будто совсем его не знаешь. Валентин Михайлович – порядочный человек и отличный закройщик. – Надежда прошла к камину и обняла мать. – Все, кроме тебя, за то, чтобы взять Тищенко на работу.

– Не вижу в этом смысла. Вилма Карклиня прекрасно со всем справляется.

– Вилма – грамотный закройщик, но, как бы это сказать… – Подыскивая нужное слово, Надежда умолкла.

– Ну, что? Говори.

– В ней нет искры божьей.

– А в Тищенко?

– А в Тищенко есть.

– Бери его, если хочешь, – сказала Ираида Самсоновна и горько обронила: – Коротка у тебя память…[7 - Подробнее читайте об этом в романе Анны Князевой «Химеры картинной галереи».]

Надежда отстранилась от матери и вся подобралась, предчувствуя обвинение.

– Тищенко отсидел положенное и освободился условно-досрочно.

– Ты, видимо, забыла, сколько неприятностей принес нам этот ферт[8 - Самодовольный и развязный человек.]?

– Дать человеку шанс – это правильно, – устало проговорила Надежда.

– Ну, хорошо! – Ираида Самсоновна подняла руки, словно сдаваясь. – Бери его на работу. Только у меня есть условие: три месяца – испытательный срок.

– Согласна.

– Что будешь делать с Вилмой?

– Ничего.

– Уволишь?

– Зачем же… Заказов много, пусть работает.

– В одной закройной с Тищенко?

– Да, хоть бы и с ним. Но если захочет, пускай перебирается к Соколову. В конце концов, она – закройщик-универсал, может кроить и для женщин. К слову сказать, Соколову нужна помощница.

– Ты говорила с Вилмой? – спросила Ираида Самсоновна.

Надежда опустила глаза:

– Нет.

– Но ее это касается в первую очередь.

– Поговори с Вилмой сама. У тебя это лучше получится.

– Я так и думала! Чуть что, сразу к матери.