Зов темной крови

 – Он открыл входную дверь, чтобы впустить Надежду, но из ателье вышла Ираида Самсоновна и подставила дочери щеку для поцелуя. И как только дочь приложилась, критически ее оглядела:

– Неважно выглядишь, Наденька…

– Давай зайдем внутрь, – сухо предложила Надежда.

Они вошли в ателье и направились к стойке администратора.

– Все по графику, – отрапортовала Виктория. – С утра провели две примерки в дамской гостиной и три примерки – в мужской.

– Ого! – удивилась Надежда. – Все удачные?

– Да как вам сказать…

– Так и скажите.

– Утром к Тищенко приходил Сергей Аполлинарьевич.

– Козырев?.. – Надежда перевела взгляд на мать, и та поспешила объясниться:

– А я как раз собиралась тебе о нем рассказать!

– Почему ты не выставила его за дверь?

– Потому что он – постоянный заказчик Тищенко.

– А мне на это плевать! Он хотел украсть у меня коллекцию!

– Как только Козырев явился в ателье, я тут же предупредила Ираиду Самсоновну, – вмешалась Виктория.

– Вас я не обвиняю ни в чем, – сказала Надежда, словно отрезала.

– В последнее время наше общение складывается из взаимных упреков и обвинений, – заметила Ираида Самсоновна.

– Не уводи разговор в сторону! Зачем сюда приходил этот человек?

– Он заказал костюм. – Ираида Самсоновна слегка раскраснелась и развела руками. – Козырев – наш клиент, и мы не воюем с теми, кто приносит нам деньги.

– Пожалуйста, не витийствуй.

– В конце концов, существует профессиональная этика…

– А я не хочу, чтобы Козырев сюда приходил, и точка!

– Теперь уже не получится… – Ираида Самсоновна смиренно опустила глаза.

– Почему?

– Потому что ему назначена примерка.

– Черт знает что… – Надежда решительно двинулась к ажурной металлической лестнице, ведущей наверх, но Ираида Самсоновна остановила ее:

– Подожди!

– Что еще? – Она обернулась.

– Тебя ждет Фридманович.

– Где?

– В вашем кабинете, – проговорила Виктория. – Я сама его туда проводила.

– Кто разрешил?

Виктория опустила глаза, и Надежда посмотрела на мать:

– Ты?

– Прекрати на меня давить, – сказала Ираида Самсоновна.

– Он никогда не был мне мужем, а всего лишь любовником.

– Зачем так откровенно?..

– А чем бывший любовник отличается от старого платья? – Надежда улыбнулась. – И то и другое рано или поздно выходит в тираж.

– Не кажется ли тебе, что это звучит вульгарно? – спросила мать.

– Нисколько, – ответила Надежда и спросила: – Чего он хочет?

– Не знаю.