Дурные дороги

Я уткнулась лицом в муравейник, меня сгребли в охапку и перевернули на спину. Бык с красной озверелой рожей держал меня за воротник. Его ноздри яростно раздувались.

– Гони мои три косаря!

– Какие три? Два с половиной же было! ? От страха голос напоминал писк котенка.

– Проценты капают! Гони деньги! Подсунул мне неработающую трубу!

– Труба работала, мамой клянусь!

Тут прямо в голову Быку ударил ком засохшей грязи ? это Тошка швырнул, отвлекая внимание. От неожиданности Бык ослабил хватку и отстранился.

Пользуясь моментом, я поджала ноги и изо всех сил лягнула его в грудь. Бык отлетел. Я вскочила и побежала к реке.

– Плыви, Сова! Плыви! ? крикнул Тошка и первым бросился в воду.

Я нырнула бомбочкой и бешено загребла вперед. «Гады», как две примотанные к ногам гири, тащили меня на дно, но я справилась. Мой план сработал: Бык не захотел мочить одежду и не нырнул следом. Я выплыла на противоположный берег и увидела, что чуть выше по течению Тошка выгребает из камышей в мою сторону.

Я победно обернулась к Быку.

– Сова! Я запомнил тебя! Ты труп!

Сжимая кулаки, Бык рявкнул это с такой ненавистью, что мое сердце рухнуло вниз.

* * *

Когда к станции подъехала электричка, мы вылезли из-под платформы и хотели уже забраться по зацепу на крышу, но тут Тотошка одернул меня:

– Палево! Помогала!

Я заметила в заднекабиннике торчащую лысую голову и воротник форменной синей рубашки. Голова цепким взглядом осмотрела все вокруг. С таким любопытным помогалой соваться наверх никак нельзя: скажет по рации кому надо ? и на следующей станции менты примут.

Быстро забравшись по платформе, мы зашли в тамбур.

– Ну что, полезем в межку? ? через некоторое время спросила я и дернулась в сторону межвагонной двери.

– Ты чего? Совсем тю-тю? Сейчас же повогот будет! Нельзя, когда повогот! ? Друг посмотрел на меня, как на полную дуру.

Я опустила взгляд на свои «гады». Во всех операциях мозг в нашей команде ? Тотошка. Без него меня давно убило бы током, разорвало на части под составом или сплющило в межке.

Тотошка прав, лезть через межвагонье наружу на повороте крайне опасно ? вагоны могут сжаться и, как любил повторять Тотошка, «кишки из задницы выдавить». Сурово, но правдиво.

После поворота была длинная прямая, в конце прямой ? наш любимый участок путей, мрачный тоннель. Проезжая его на крыше, мы получали огромную дозу адреналина.

До тоннеля было несколько остановок.