Крепдешиновое лихо

– Надежда была очень властной. Она подавила волю дочери, лишила ее интереса к жизни и к себе самой. Чуть что не по ней, орала так, что у неподготовленных глаза на лоб вылезали.

Сергей сообразил: у Валентины Петровны слабое здоровье, плохая дикция, но напора хоть отбавляй. Отреагировал он очень нейтрально.

– Резкое замечание.

– И не удивляйтесь, все так и есть.

– Как давно вы знакомы с Бруновой-старшей?

– Около пяти лет.

– Как именно познакомились?

– На свадьбе у наших детей.

– И ни днем раньше? – удивился следователь.

– Так уж вышло.

– А с какого времени начали с ней дружить?

Милентьева болезненно всколыхнулась, как будто это воспоминание не доставило ей удовольствия. Скорее наоборот.

– С первой минуты, как только познакомились.

– То есть как?

– Надежда умела найти подход к любому человеку. Где лестью, где правильным замечанием, где показной честностью. От нее всегда исходили флюиды невыразимой доброты и расположения к собеседнику.

– А потом разочоравались. Почему? – Сергей уточнил вопрос: – Из-за чего вы поссорились?

– Разводятся дети – расходятся их родители.

– Так просто?

– Нет, не совсем. В наших отношениях с Надеждой многое намешано: обида за детей, борьба за любовь внука. И знаете, – Мелентьева замолчала, потом снова заговорила еще неразборчивее и медленнее, старательно подбирая слова. – Я стала замечать, как Надежда характеризует других людей – говорит хорошие слова, а на деле пачкает грязью.

– Значит, между вами не было стычек или ссор?

– Этого – нет. Была только подлость.

– Ее свершила Брунова? – спросил Дуло.

– Вам расскажу, хоть не планировала этого делать. – Валентина Петровна сняла очки и протерла пальцами глаза, отчего они покраснели. – Сын Лешка нам не родной. Мы с мужем усыновили мальчика, когда ему было два месяца. Взяли отказника, кусочек больной плоти. Для того, чтобы выходить его, я бросила работу… – Она замолчала, стараясь не заплакать.

– Имеете ввиду Брунову?

– Да.

– И что было дальше?

– Когда наши дети разводились, она позвонила Лешке и сказала, что он усыновленный. Лешка был за рулем…

– Попал в аварию? – догадался Дуло.

– Когда я вошла в его палату, он, весь в бинтах, крови, переломанный… Только спросил: это правда, мама? Вот тут меня и хватило…

– Инсульт?

Милентьева молча кивнула.