Тени Старого Арбата

Многие картины, безделушки и статуэтки в гостиной тоже принадлежали ему.

– Но как удалось все это выкупить?

– Что-то Михаил находил у антикваров, что-то на аукционах, а кое-что выторговывал у музеев. Он рассказывал мне подробно, но память уже не та. Раньше любое слово, как гвоздь, в мозгу застревало, а теперь все забываю.

– А что с квартирой?

– Три года назад Михаил выкупил все без исключения квартиры в этом подъезде и сделал полную реставрацию. Недавно присоединил подвал и кое-какие помещения в соседнем подъезде.

– Не понимаю, зачем, – вступил в разговор Глеб. – Квартира и так огромная.

– Тебя не спросили, – одернула его Эмма Леонидовна. – Поженитесь с Кирой, все вам достанется.

– Не забывайте, что у папы молодая жена, – заметила Кира и, словно в поддержку, взяла Глеба за руку.

– Всем хватит, еще и останется, – сказала Эмма Леонидовна и, взглянув на Кречетова, объяснила: – Глеб с Кирой скоро поженятся.

– Уже назначили свадьбу? – он посмотрел на пару.

– Следующим летом, в июле.

– Поздравляю.

– Не с чем, – заметил Глеб. – За десять месяцев многое может перемениться.

Кира отдернула руку и, отвернувшись, пробормотала:

– Не можешь без гадостей. Обязательно нужно испортить настроение.

– Ну-ну… – Глеб усмехнулся и обнял ее: – Я просто пошутил.

– Милые бранятся, только тешатся, – сказала Эмма Леонидовна и с улыбкой всплеснула руками.

– Поговорки – кладезь народной мудрости, – вежливо заметил Константин и протянул ей свою тарелку: – Можно мне еще оливье?

В глубине коридора открылась и захлопнулась тяжелая дверь. Послышались шаги, и в комнату впорхнула розовощекая Юлия.

– Успела? Михаил еще не вернулся?

– Минут через сорок будет, – ответила Эмма Леонидовна, накладывая Константину салат. – Снимай пальто, мой руки и быстро – за стол.

Когда Юлия вернулась со второго этажа в столовую, на ее тарелке уже лежала закуска из баклажанов.

– Боже мой! Как я люблю баклажаны! – Юлия плюхнулась на стул и обвела взглядом всех, кто сидел за столом. – А почему такие кислые?

– Мы не кислые, – ответил ей Глеб. – Мы едим.

Мало-помалу разговор за столом возобновился, но теперь он касался лишь общих тем: московских достопримечательностей, погоды, покупок и магазинов. Однако вскоре он снова был прерван.