Тени Старого Арбата

Михаил нанял учителя русского языка, и теперь смотрите, как языком молотит. Выучили на свою голову…

– Ученье – свет, а неученье – тьма, – вставил Халид, разделывая на доске кусок мясной вырезки.

– Разговорился ты что-то, голубчик.

– Уважаемая, вы не распорядились, на сколько персон готовить ужин.

Беззвучно шевеля губами, Эмма Леонидовна стала загибать пальцы на одной, затем на другой руке. Потом, наконец, сказала:

– За столом будет девять человек.

– Много гостей? – спросил Кречетов.

– Четверо, если посчитать вместе с вами.

Остальные – члены семьи, – ответила Эмма Леонидовна и уточнила: – Сам Михаил, его дочь от первого брака, племянник, я и жена Михаила Юлия… А вот и она, легка на помине.

На кухню впорхнула девушка лет двадцати пяти. В легком платьице она походила на цветущее весеннее деревце. Схватив со стола яблоко, Юлия вгрызлась в него и проговорила с набитым ртом:

– Я ухожу!

– Куда?! – всполошилась Эмма Леонидовна. – Муж вернется, а тебя дома нет.

– До вечера вернусь.

С подружками в кафе посидим и сразу – домой. – Заметив Кречетова, Юлия спросила: – У нас новый гость?

– Максим Данилович, старинный друг Михаила, – представила его Эмма Леонидовна.

Кречетов встал и поклонился:

– Приятно познакомиться.

– Странно, что мы с вами до сих пор не встречались, – сказала Юлия.

– Это неудивительно. В последние годы мы с вашим мужем лишь перезванивались.

– Ну что же, – улыбнулась она, – чувствуйте себя как дома. Мы с Мишей рады гостям. Кстати, насчет гостей… – Юлия обернулась к Эмме Леонидовне: – Через неделю из Новосибирска прилетает моя мать.

Пожалуйста, приготовьте ей комнату.

– В отпуск? – сдержанно поинтересовалась домоправительница.

– Она не сказала.

– Три года женаты, ни разу не объявилась. На свадьбу к единственной дочери не приехала…

– Эмма Леонидовна! – прикрикнула Юлия. – Как бы то ни было, она – моя мать. Если захочет, пусть хоть насовсем остается, Миша не против.

– Я-то замолчу, но только вот что: две старухи на одной кухне не уживутся.

– Не стоит драматизировать, все утрясется, – сказала Юлия, не собираясь заморачиваться подобными пустяками.

По ней было видно, что она жила приятной, необременительной жизнью, во всем полагаясь на Эмму Леонидовну и богатого мужа.

Юлия ушла так же, как появилась, ее словно унесло ветерком.

Кречетов вернулся за стол и отодвинул тарелку:

– Спасибо, я сыт.

– Компот будете? – спросила домоправительница.

– Лучше чай.