Тени Старого Арбата

 – Третий день не могу дозвониться до сына. Как бы не случилось чего…

– Понимаю вас, но, к сожалению, ничем помочь не могу.

– В личном деле есть телефон Сергея?

Бухгалтерша продиктовала номер, и он совпал с тем, который знал Кречетов.

Она заметила:

– Здесь стоит отметка – «номер неактуальный».

– Что это значит? – спросил Кречетов.

– Скорее всего, ваш сын завел другой номер телефона и не потрудился вам сообщить.

– Этот другой номер есть в вашей базе?

– К сожалению, нет.

– И это чертовски плохо.

Женщина вернулась на свое место, достала из сумки контейнер с едой и опустилась на стул:

– Извините, я хочу пообедать. Всего вам хорошего.

Но, вопреки ее пожеланиям, Кречетов не ушел.

– Меня зовут Максим Данилович, – представился он.

– Очень приятно.

– Вас как зовут?

– Не понимаю, зачем вам это.

– И все же?

– Татьяна Васильевна, если угодно.

– Уважаемая Татьяна Васильевна, – он говорил мягко и доверительно, зная, что такая интонация хорошо работает в критической ситуации.

– Меня не занимает личная жизнь менеджеров, – отрезала Татьяна Васильевна. – И без того работой завалена.

– Ну, хорошо… – Кречетов порылся в бумажнике, достал свою карточку и положил ее на стол, поверх документов. – Если что-нибудь вспомните, позвоните мне.

– Это вряд ли, – твердо пообещала она.

– Возможно, кто-то из работников салона знает номер Сергея.

– Возможно.

Кречетов направился к двери и, прежде чем покинуть кабинет, обернулся:

– Я буду ждать вашего звонка.

Кречетов уехал из автосалона, но не спешил возвращаться к Самаровым, оттягивал этот момент, насколько было возможно. Он знал: покойник в доме – тяжкое испытание, и сожалел, что остался, поддавшись уговорам тетушки Михаила. Одно дело – встретить старого друга, приятно посидеть и разъехаться. Другое – с головой окунуться в его проблемы. В этом была определенная зависимость, и она тяготила Кречетова.

Около часа он колесил по окраинным улицам Москвы, в каждом одиноко бредущем мужчине ему чудился сын. Это было тяжело. Звонок Михаила положил конец его мукам.

– Ты где? – спросил он и сообщил: – Я уже дома.

– Скоро буду, – уверил его Кречетов.

И снова Москва заморочила, закружила его по объездным дорогам и хордам.