Полночь А.М.

– Ему нужен бэк-вокалист, у него есть длинные строки, не вытягивает вживую.

– Да, по большому счету всем нужен страхующий, – согласился Эрнест. – Слушай, ну я могу узнать, интересно ли ему вообще все это, может, близкое общение с достаточно крупными суммами денег из кассы уже затянули его, что не вытащить.

– Узнай, пожалуйста.

– А почему именно он? Нехватка? Нет кадров?

– Хочется, чтобы это был так или иначе знакомый человек.

Про себя Нота в очередной раз подумал, как же много вещей делается через знакомых.

– Так, а давай твоему пареньку еще пару мини-концертов устроим? И опыта сценического наберется, и денег подзаработает. Ты же знаешь, частные вечеринки – кладезь золотых монет.

– Спасибо тебе, Эрнест. Переберусь скоро в столицу, если что будет нужно там, у тебя есть мой номер, постараюсь максимально, – искренне ответил Нота.

– Спасибо, друг, но у меня пока все на потоке в этом городе и не видно окончания записей, и чувствую себя нужным именно здесь.

Эрнест неспроста сказал слово «нужный», поскольку он не гнался за известностью, не было у него тяги к узнаваемости, ему просто нравилось слышать благодарность за отменно проведенный праздник. Благодарность от людей, с которыми он чувствовал близость.

Спустя час-другой все гости потянулись на ту сторону террасы, с которой открывался вид на рассвет. Отражение солнца на водной поверхности реки завораживало настолько, что даже диджей на какое-то время брал паузу, давая природе показать себя во всей красе.

– Хочу остаться с тобой наедине, – тихо сказала она ему.

Он охотно проследовал за ней. Удивился он лишь спустя десять минут дороги, когда водитель остановил машину возле отеля.

– Мы не домой? – улыбаясь, уточнил он.

– Не только мальчики должны устраивать девочкам сюрпризы, – воодушевляюще, глядя глаза в глаза, сказала она.

Дверь номера плавно закрылась, в такт их движению. Блэкаут-шторы сохраняли полутьму. Алиса подошла к окну, одернув их в стороны.

– Я хочу, чтобы мы видели друг друга как можно лучше.

Ее платье скользнуло по фигуре вниз, оказавшись на полу. Алиса стояла в одних трусиках. Ноту безумно привлекало, что она зачастую не надевала бюстгальтер под платье. В этом проявлялось определенное торжество естественной красоты.