О чём рассказали картины

– В избу надо чего-то поболе, – сказал Кирилл Митрофанович, не выказывая никакого желания предлагать, – детские шалости у коробейников можно найти.

Замечание заставило покупателя встрепенуться, взгляд начал блуждать по ликам картонных иконок, купеческих частушек и фривольных наяд.

– А вот эта про что?

– Песнь о купце Калашникове. Не уверен, что ее на стенку можно вешать – беспокойная очень.

Крестьянин опять начал шарить глазами по всему товару – уйти без покупки нельзя, неловко как-то, человека беседой беспокоил, но и покупать абы что не годиться.

Наступал тот момент, который ждал Кирилл Митрофанович и абсолютно спокойным, практически безразличным голосом сказал:

– Тут кому что нравиться. Кому-то кони, кому-то рыбы, некоторые яблоки выбирают. Мне, к примеру, птицы нравятся.

В этот момент, подтверждая его слова, на крышу лавки, громко хлопая крыльями, села стайка голубей и принялась деловито выяснять отношения. Хозяин лавки мысленно поблагодарил пернатую семейку за поддержку – «денежки что голуби: где обживутся, там и поведутся».

Появились мальчишки, но увидев «покупателя», тихонечко принялись разглядывать «детские» лубки. А «покупатель», увидев интерес к лубкам даже у таких босяков, все более нетерпеливо перебирал большие листы.

– Что-то не вижу птиц, – сказал он недовольно.

– Так вот же, перед вами, – ответил Кирилл Митрофанович, – Тут Царевна-лебедь, тут Финист-сокол, тут языческая Мать-утя…

Краем глаза Кирилл Митрофанович заметил появление новых покупателей – добрый селянин: попросит – уступлю.

– А вот эта? – спросил мужичок, вытягивая большой лист.

– Это легенда об Алконосте, – раздался знакомый с детства голос. Алексашка, постаревший и поседевший стоял, опираясь на свой иерейский посох, а рядом с ним стоял малыш лет пяти-шести, рыженький, деловито осматривающийся вокруг.

– Сие есть райская птица, – продолжил Александр, – Птица-озарение. Птица неунывающая и лучезарная, прилетает, аккурат на праздник Преображения, и стряхнув с перьев капли живой воды освещает яблоки, делая их целебными.

– Да неужто! – воскликнула старуха-странница у него за спиной.

– Пустые побасенки, – проворчала хозяйка мелочной лавки Васса Марковна.

– Сии сказки есть корни земли нашей, – по-отечески ласково, ответил батюшка.

Ошарашенный таким жарким ученым спором крестьянин, не торгуясь выложил деньги на прилавок и, бережно завернув лубок в тряпицу, с гордо поднятой головой отправился домой.