Русское (сборник)

Русское (сборник)

Елена Долгопят

В рассказах Елены Долгопят мистическое сочетается с реальным, современное – с историческим, а глубокий психологизм классической литературы – с изысканностью литературы модернистской. Там, где пересекаются вселенные Чехова, Набокова и Борхеса, – рождаются эти удивительные, ни на что и ни на кого не похожие рассказы.

Елена Долгопят

Русское (сборник)

© Е. Долгопят, 2018

© ИД «Флюид ФриФлай», 2018

* * *

Записки о Юре и Клаве

1989, декабрь, 28

По бетонной тропе можно было дойти минут за двадцать, Юра тратил около сорока, а то и побольше, потому что непременно сходил с тропы, усаживался на поваленный ствол, прятал в карман перчатки, закуривал.

Иногда он слышал чьи-то шаги, человек проходил, на объект или в городок; знакомые здоровались, а иногда не замечали и проходили мимо, он не окликал. Однажды он увидел на своем излюбленном месте молодую белокурую женщину. Она сидела, подняв воротник черной цигейковой шубки. В пальцах ее дымилась сигарета.

Юра прошел мимо. Не выдержал и оглянулся. Женщина смотрела застывшими глазами. Лучше бы не оглядывался.

Вышел из леса к городку. Нащупал в кармане пропуск. От КПП сразу направился в столовую.

Очередь. В основном офицеры (их шинелями был забит крохотный гардероб). Стояли, переговаривались. Их звездочки и пуговицы мерцали на темном сукне. Офицеры шутили, подавальщицы им улыбались, очередь продвигалась медленно. Юрий взял сметану, можайское молоко, жареную картошку с рыбой, черный хлеб.

Офицеры позанимали все места. Юра оглядывался растерянно с подносом в руках и вдруг заметил худенькую девушку за дальним столиком у стены и вспомнил, что видел ее когда-то давно – в институте. Подошел и спросил:

– К вам можно? Вы тоже по распределению здесь?

– Ой, да, я тоже, – и она его вспомнила и обрадовалась знакомому лицу. – Меня сначала в Ярославль, а теперь сюда. Что вы стоите? Садитесь. Я так рада, знакомого человека увидела.

Имен друг друга они не знали.

Сидели, ужинали, никуда не спешили. Она сказала, что у нее в комнате еще две женщины, старухи, одна как будто свистит во сне, – такой странный храп, как у резиновой игрушки звук.

– С дырочкой в правом боку, – он сказал.

И она рассмеялась счастливо, – он понимал, он все понимал, свой человек, родной. И конопушки все родные, – так она ему потом говорила.

– А еще, – сказала она, – у нее толстые круглые очки, она в них как водолаз – такое подводное чудище.