Записки маленькой гимназистки. Повести

 – Не правда ли, вы не откажетесь танцевать со мною? – с тою же милой улыбкой спросила она.

Нюрочка вся вспыхнула от удовольствия.

– Благодарю вас! – произнесла она, взглянув признательными глазами на моего друга.

Жорж закусил губу и топнул ногою.

– Воображаю танцующей эту кондукторшу! Верно, переваливается с боку на бок, как резвящийся гиппопотам! Остроумно! – шипел он себе под нос, меняясь в лице от злости.

Девочки сочувственно смотрели на него. Товарищи-гимназисты утешали его, как могли.

– Ничего! Ничего! – ворчал Жорж.

Но ничего подобного не случилось.

С первыми же звуками мазурки Нюрочка грациозно взялась двумя пальцами за свою пышную юбочку, другую руку подала Анне и красиво и плавно, наклонив немного головку набок, легко понеслась по паркету.

Дети даже ахнули от изумления. Маленькая кондукторша танцевала отлично, даже лучше самой графини Симолинь! Даже Матильда Францевна сделала несколько ошибок, невольно залюбовавшись на танцующую пару.

Обе они то скользили, как две воздушные феи, по паркету, то неслись быстро, как эльфы, изумительно выделывая грациозные па и ни на минуту не теряя такта.

– Браво! Браво! – вторили им дети, совершенно забыв, что за минуту до этого они сами же высмеяли ту, которой сейчас высказывали шумное одобрение.

– Прекрасно! Чудесно! – слышалось со всех сторон.

– Вы отлично танцуете! Где вы учились? – спросил, подойдя к Нюрочке, Миша Ясвоин.

– Ах, я нигде не училась, – чистосердечно призналась та, – у нас есть ученица одна в школе, так та показывала нам, как мазурку танцевать надо, и польку, и вальс.

– Прелесть как хорошо! – одобрил Миша, считавшийся лучшим танцором во всем классе. – Пойдемте со мной!

И Нюрочка, нисколько не ломаясь и не гримасничая, пошла с Мишей.

Потом к ней подошел Коля Валюк, Ваня Ростовцев, Володя Мухин, Сережа Дронской – и со всеми она танцевала с одинаковым удовольствием, совершенно позабыв нанесенную ей обиду.

– Ага, что скажешь – резвящийся гиппопотам? Коза в сарафане, да? – подскочил к Жоржу торжествующий Толя, все время с восторгом следивший за танцующей Нюрочкой.

– Молчи, щенок! – огрызнулся на него старший брат.

– А ты… а ты… а ты… гадкий мальчишка! – чуть не плача от досады, что ему не выдумать подходящего бранного названия, захлебываясь, произнес Толя.