Дело случая

Но Юля ответила ему так же резко, в тон:

– Перебьешся! Нет больше.

– Как – нет?! Чего гонишь-то? В бутылке пол-литра пива!

– Бутылка пуста. Вон, смотри – на столе стоит.

Он посмотрел. Бутылка в самом деле была пустой.

– Сама вылакала, что ли? – усмехнулся криво. – Красавица Юлия Ракитина употребляет пивко по утрам?

– Нет, просто вылила, я такую гадость не пью, – с брезгливостью в голосе ответила она.

– Вылила?! Зачем?! – простонал Кольша.

– Затем, что так надо, – ответила она твердо.

 – Полбутылки для того, чтобы похмелиться, вполне хватит. Тебе скоро полегчает. А от целой бутылки ты можешь сразу же в очередной день запоя провалиться.

Николай усмехнулся опять.

– Я вижу, ты в вопросе запоев хорошо разбираешься! – сказал едко.

– Разбираюсь, – согласилась она. – Долго жила, многое видела. На вот, поешь – тебе сейчас нужно.

И Юлия протянула Николаю тарелку с бутербродами. И опять на долгие минуты в комнате повисло тягучее молчание. Николай жевал бутерброды с колбасой, ощущая, что ему и в самом деле становится легче.

При этом он довольно недружелюбно поглядывал на бывшую возлюбленную. Наконец, доев последний бутерброд, он утер губы рукавом и произнес неприязненно:

– Ну? Говори, чего приперлась? Все не можешь успокоиться, что я зеркальце твое разбил? Разорилась небось – скоро по мусорникам пропитание искать начнешь?

– Нет, не разорилась и не начну, – ответила она. – И хотела тебе сказать, что ты можешь выходить на работу хоть с завтрашнего дня.

– Ищи другого дурака! – буркнул Николай. – Я стану на тебя пахать, а ты будешь надо мной издеваться, да?

– Чего же ты ко мне работать пошел?

Она понимала, что говорит не о том и разговор уходит в сторону. Но решиться заговорить о главном пока что не могла.

– Я? К тебе? Работать?! Да если б я знал, что это твоя фабрика, за километр обходил бы! Я просто пошел туда, куда меня взяли, и все. А теперь, узнав, что это твоя контора, я ушел бы даже без всякого зеркала.

– Почему? – спросила она тихо.

– Потому! – отрезал он. И тут же добавил: – Дай еще сигарету, а?

– Хорошо, конечно. Слушай, а ты… – Голос предательски дрогнул, и она закончила тихо: – Ты правда был на войне? Зачем тебя в Боснию понесло, на чужую войну?

– Не твое дело, Ракета! – Глаза Николая гневно сверкнули. – Вот кому-кому, а тебе я в свою жизнь лезть не позволю! Ты дашь мне курить или нет?!

И опять, пока Николай курил, они молчали.