Пленники старой Москвы

Катерина оглядела себя в зеркало и, решив, что слишком легко оделась, прихватила кофту.

Усевшись в такси, спросила у водителя:

– Знаете французскую булочную около Белорусского вокзала?

Тот обернулся, и она поняла, что могла бы не спрашивать.

– Лутше ви показыват, куда ехат, – сказал он с акцентом.

– Поезжайте к вокзалу. Будем искать.

Они колесили вокруг площади Тверская Заставы около получаса. В конце концов с помощью Интернета и телефона выяснили, что французская булочная располагалась в другой части Пресни на Зоологической улице.

Катерина купила булок с запасом, не зная, чего ожидать от дурковатой Люсьены. Вернувшись в машину, сказала:

– Теперь на Рублевку. В деревню Жуковка.

Она достала из сумки свой телефон и в третий раз набрала мужу. На этот раз он ответил.

– Не спится? – По разноголосому гулу было ясно, что он в многолюдной компании. – Прости, что не позвонил, я в ресторане.

– Балашов тоже там?

– Да, и он, и Картавин.

– Тут такое дело: в два часа ночи мне позвонила Люсьена.

– Зачем? – озадаченно поинтересовался Герман Андреевич.

– Просила привезти булок.

– Почему тебя и почему в два часа ночи?

Катерина передразнила Сапегу:

– Паша задержался. Водитель не взял трубку.

– Дрянь…

– Я должна была ей это сказать?

– Неужели повезешь эти треклятые булки?

– Уже везу. Я же обещала тебе. Как можно отказать близкой подруге?

– Гусь свинье не товарищ, – немного смягчившись, заметил Трубников и добавил: – Учти, что свинья – это не ты.

– Выпил, что ли? – удивилась она.

– Немного. И вот что хочу сказать. По-хорошему, следовало бы ее послать… за этими самыми булками! Представляю, чего тебе это стоило.

– Ничего. Вызвала такси и поехала.

– Спасибо. – Он усмехнулся. – Завтра бедолагу уволят.

– Какого бедалагу?

– Водителя Сапеги. У нее ни один шофер не держится больше недели.

– Неудивительно. Мы видели ее в ресторане.

– Ну хорошо. Если будет хамить, смело посылай. Как-нибудь переживем.

– Я вернусь не раньше тебя.

– Значит, под утро увидимся. Будь осторожна.

Катерина отключилась. Во время разговора ей пришла здравая мысль: теперь Герман у нее в должниках, и есть шанс отстоять квартиру на Мясницкой. Конечно, в глубине души у нее было чувство вины, то ли из-за того, что сделала неправильный выбор, то ли потому, что не хотела в этом сознаться. Ей не нравилась эта история, но Катерина не хотела уступать своему мужу.