Девочка на остановке

III

– Почему вы сделали мне чай? – Алиса, не делая ни глотка, с интересом рассматривала, как крупные листья чая поднимаются со дна чашки. Её золотые локоны потемнели от воды и спадали мокрыми пружинками на овальное личико.

Филипп присел напротив неё:

– Тебе тепло?

– Да, – она улыбнулась, поправляя плед на своих плечах.

– Ещё кушать хочешь?

– Я сыта.

– А что ты хочешь?

– Узнать, почему вы сделали мне чай.

Филипп с недоумением посмотрел на девочку:

– Ты не любишь чай?

– Напротив, я люблю чай больше, чем кофе.

– Я не знал, – пожал плечами Филипп, – я сам предпочитаю чай.

Алиса опустошила чашку в несколько глотков и вытерла губы тыльной стороной ладони.

– Спасибо, – улыбнулась она.

Филипп кивнул.

В кухню зашла Марина Анатольевна и с улыбкой присела около сына, обратившись к Алисе:

– Детка, тебе ещё подлить чаю?

– А можно? – загорелись глаза девочки.

Марина Анатольевна забрала её чашку и наполнила чаем.

– Большое спасибо! – обрадовалась Алиса, на этот раз попивая чай маленькими глотками и медленно, наслаждаясь вкусом и ароматом.

– Дорогой, иди поговори с Верочкой, – обратилась к Филиппу Марина Анатольевна, приглаживая локоны Алисы.

– Мам, сегодня нам не о чем с ней говорить.

– Она уже не злится…

– Так она ещё и злилась, оказывается?! Меня это не интересует, – пожал плечами Филипп, рассматривая Алису.

– Прошу тебя! Избавься от своей гордости, – фыркнула Марина Анатольевна.

– Я давно избавился.

Алиса наблюдала за Филиппом во время его разговора с Мариной Анатольевной.

– Пожалуйста… – улыбнулась Марина Анатольевна и погладила сына по плечу.

Филипп услужливо ушёл с кухни.

IV

Филипп без стука зашёл в спальню, где его ждала Вера, погрузившись в чтение книги под ночником.

Как только Филипп зашёл, она отложила книгу в сторону и, посмотрев ему в глаза, тихо произнесла:

– Я погорячилась.

– Ты никогда и не остывала.

– Давай не будем ругаться.

– Как угодно, милая.

– Филь, ну ведь не прав ты, – она поставила ударение на слово «ты», этим подчёркивая полную виновность мужа и свою абсолютную невиновность.

– Ах, вот так? Ну, как скажешь. Только вот что: объясни, в чём я именно не прав.

– Нельзя же вот так просто взять и привести незнакомого ребёнка домой. – Вера начинала злиться. Её лицо становилось багровым, а губы сжимались в узкую полоску.