Копье чужой судьбы

– На каком языке ругался?

– На английском. Но он точно не англичанин.

– Откуда вы это знаете? – спросил Дуло.

– Смеетесь? Я с семи лет живу в Лондоне.

Начальник службы безопасности оживился:

– Мажоры на гастролях! Я думал – армяне, ан нет – англичане, тудыть вашу в качель. Что же тебе папа денег на днюху не дал?

Дуло жестом попросил его успокоиться и продолжил допрос:

– Во сколько он приходил?

– Старик? – Эдвард покосился на Иванова. – В первый раз часов в десять вечера.

– Как он выглядел?

– Костистый такой, худой. И злой, как койот.

Иванов прыснул в кулак:

– Собака для сравнения не подходит. Не по-английски…

– Во что он был одет? – продолжал Дуло.

– Сначала в пижаме и в халате. В последний раз – в темном пиджаке, рубашке и голубых джинсах.

– Пришел в пиджаке сказать, что мешаете спать?

– Да…

– И все?

– В каком смысле?

– Больше вам сказать нечего? – Дуло оглядел остальных.

– Да они до сих пор обкуренные! – Иванов обвел компанию выразительным жестом. В его руке все еще были зажаты ксерокопии паспортов.

– А что это за история с шампанским? – спросил Сергей.

Эдвард снова пожал плечами:

– Около шести я позвонил в бар – заказал бутылку шампанского. Час прошел – шампанского нету. Второй… Снова звоню. Говорят, давно отнесли. Я, конечно, обдолбанный, – он осекся, – но чтобы забыть, что приносили шампанское… Короче, заказал еще раз.

– Интересно… – Дуло обратился к начальнику службы безопасности: – Можем поговорить где-нибудь?

– Пошли, – сказал Иванов и первым вышел за дверь.

В коридоре Сергей спросил:

– Как организована система видеонаблюдения?

– Нормально организована, меняем оборудование.

– Что значит меняете?

– В настоящий момент идет реконструкция всей системы видеонаблюдения.

– Я заметил камеры на третьем, возле номера триста пять, и на главном входе.

– Ни та, ни другая не подключены. По договору – через неделю все работы закончат.

– Руки бы оборвать… – ругнулся Сергей.

– Система поизносилась, камеры старые… – Иванов повел головой, будто его душил галстук.