~ Манипулятор

– Hej[2 - Привет (швед.)]! Ну, что скажешь? – говорит Лешка так, будто мы виделись с ним минут сорок назад.

– Да ничего, – пожимаю плечами. – Привет.

– Нда? Это плохо, когда сказать нечего, кроме «преведа». Ну, что у тебя за неделю новенького произошло? – Лешка складывает на уровне подбородка длинные пальцы, на безымянном левой блестит кольцо. Панков по-прежнему носит золотой обруч, который я напялила на него в ЗАГСе.

– Ты это из принципа не снимаешь, я не пойму? – Я оглядываю себя, поправляю верх домашнего платья.

– Ты о кольце? – зачем-то уточняет Панков, хотя прекрасно знает, что я о нем. – Да привык, наверное. И Мила не возражает.

Мила – это шведская девушка Леши, которая занимается морским правом, и с которой он живет последние полтора года. Она очень милая, эта Мила, если бы только не её вечный принцип: не заморачиваться. И видимо, эту фразу она повторяет Лешке, как мантру, вслух, каждый день, потому что Панков продолжает:

– И кстати сказать, в отличие от тебя, в Европе этим как-то не заморачиваются.

Я молчу. Панков театрально растопыривает пятерню и, как в фокус, глядит на меня сквозь расставленные пальцы.

– Да в общем-то все равно. – Перевожу взгляд за окно.

«Сказать – не сказать, что я видела Лебедева, и что у Лебедева растет дочь?»

– Вот видишь, и тебе все равно, – между тем благодушно замечает Панков и возвращает руку на стол.

«Не хочу. Потому что всё, чего я хочу, это спросить у тебя, что мне делать с этим письмом? А еще лучше, узнать у кого-нибудь, за что мне это всё? Или Тот, кто глядит на нас сверху, с небес никак не поймет, что я и без этого никогда не забуду о том, что тогда с нами случилось?»

– Леш, да что рассказывать-то? – пожимаю плечами. – Да, ты в курсе, что на нашем внутреннем рынке акции алюминщиков подросли?

– Так.

– Да ничего. Выгодно продала. А вчера акции на золото опустились.

– И чего?

– Выгодно купила.

– Да-а, – помолчав, глубокомысленно заключает Панков, – я смотрю, у тебя просто охренительные новости. Прямо что ни день, то событие. Еще что расскажешь? Что акции на помидоры снова в цене?

Пауза.

– Смешно, – киваю я. – Очень.

– Очень.