Сонник Миллера. Истолкование 10 000 снов

Плутарх вспоминал, как Август во время своей болезни испугавшись сна одного из своих друзей оставил свою палатку, которая несколько часов спустя была захвачена врагами, и кровать, на которой он еще недавно лежал, пронзили мечи врагов.

Если бы Юлий Цезарь был более доверчив к снам, он бы прислушался к предупреждению о покушении на него, которое Кальпурния, его жена, получила во сне. Крез увидел во сне, как его сына убили. Петрарка во сне увидел свою возлюбленную Лауру в день, когда она умерла, после чего написал свою прекрасную поэму «Триумф Смерти».

Цицерон вспоминал историю о двух путешественниках из Аркадии, которые остановились на ночь в разных жилищах – один в гостинице, а другой – в частном доме. Ночью последнему приснилось, что его друг просит о помощи. Он проснулся, но, полагая, что этот вопрос не стоит внимания, улегся снова. Когда он заснул, ему снова приснился его друг и сказал, что уже слишком поздно, поскольку он уже убит, и его тело спрятано в телеге, под удобрениями.

Хрисипп

издал книгу о снах, в которой назвал их божественным предзнаменованием. Он считает правильно истолкованные сны истинным предсказанием; но добавляет, что, подобно всем другим искусствам, в которых люди должны перейти на догадки и на вымышленные и сконструированные правила, истолкования зачастую содержат ошибки. Платон согласился с общей идеей, преобладавшей в его дни, о том, что во сне к душе обращаются божества.

Тартини, выдающийся скрипач, сочинил свою «Сонату Дьявола» под впечатлением от увиденного сна. Кольридж, вдохновленный сном, сочинил свою поэму «Кубла Хан». Классические греко-римские авторы вспоминают множество примеров подобных снов. Гомер видел явно божественное происхождение некоторых снов. В течение 3—4 столетий сверхъестественное происхождение снов было настолько общепринятым, что святые отцы, полагающиеся на Библию и Послания апостолов как на единственно авторитетные источники, сделали эту веру доктриной Христианской Церкви.

Синезий Киренский ставил сны на первое место в деле предугадывания будущего; он полагал, что это вернейший способ увидеть грядущее, доступный равно для бедного и богатого.

Аристотель написал: «Во снах бывают предсказания о вещах вполне вероятных».